Книга Небесная танцовщица. Книга 3, страница 57 – Ната Лакомка

Всем это было известно, но только сейчас Анджали осознала, что все они – и она, и её подруги, и гандхарвы, над которыми апсары любят посмеиваться – все они дети богов, данавов или тех же гандхарвов. В большинстве своём – богов или гандхарвов, потому что данавам уже много веков запрещён вход в небесные царства, и получить апсару данав может если только апсара сойдёт с небес, или сам данав тайно или явно проникнет в Верхний Мир.

Когда у апсары рождается ребенок, его отдают в приемную семью – обычно тем гандхарвам, которые делают музыкальные инструменты, шьют наряды для богов или плетут венки к праздникам.

И никто никогда не интересуются, где эти дети – ни матери, ни тем более мужчины, потому что дети, рождённые вне освящённого брака, не могут принадлежать никому, считается, что у таких детей нет родителей. Как нет их у цветов, что растут в лесу. Сколько их – никто не считает. И никому не придёт в голову задуматься – отчего здесь выросла ашока, а вот здесь – дурман, и откуда прилетело семечко, из которого появилось то или иное растение.

Анджали молчала уже довольно долго, и Сахаджанья не утерпела и заговорила:

— Божественные законы говорят, что все живые существа должны почитать родителей. Поэтому не надо нарушать карму, не надо ненавидеть собственную мать и мстить ей. Ты и так часто гневишь богов…

— Откуда ты знаешь, что она – моя мать? – перебила её Анджали.

— Я была рядом с ней, когда ты родилась. И сама отнесла тебя в приёмную семью. И потом… я сразу узнала тебя, когда ты попала в школу танцовщиц. Ты очень похожа на дайвики Ур…

— Это ложь! Ничуть не похожа! – крикнула Анджали и так взмахнула руками, что два браслета слетели с запястий и покатились куда-то в темноту.

— Внешне – нет, - согласилась Сахаджанья. – Но ты похожа речью, жестами, смехом, движением бровей… Поверь, раньше Урваши была другая. Не такая, как сейчас. Вы похожи больше, чем тебе кажется. И я знаю, в какой семье ты воспитывалась... Я хотела, чтобы ты попала к тем, у кого сердце добрее… Ошибки здесь нет.

— Только этого не хватало, - Анджали сжала виски пальцами и зажмурилась, пытаясь осмыслить то, что сейчас услышала.

— Я бы не сказала тебе, но вижу, что вражда зашла слишком далеко, - Сахаджанья коснулась её плеча, но Анджали дёрнулась, уворачиваясь.

— А эта? – спросила она сквозь зубы и в упор посмотрела на наставницу. – Она знает?

— Знает, - с трудом ответила Сахаджанья, опуская голову. – Она тоже сразу узнала тебя. Ещё когда её назначили старшей апсарой.

— Узнала тоже по речам и жестам? – язвительно произнесла Анджали.

Ей вспомнилась первая встреча с дайвики Урваши. Холодный взгляд – как тысячи острых иголок…

— Она сказала, что ты очень похожа на своего отца.

Казалось, большего потрясения пережить невозможно, но Анджали заново пережила нечто вроде крушения мира. Как будто всё вокруг превратилось в песок и пепел, а потом осыпалось, оставив одну лишь пустоту.

— Кто отец? – спросила она помертвевшим голосом.

— Это мне не известно. Урваши не сказала.

— Так вы до сих пор подруги?

— Нет, - тут наставница тоже посмотрела ей прямо в глаза. – До арангетрама были подругами. Я, Урваши и Шьяма-Мукхи. Потом они были назначены дайвики, а я проиграла испытание и стала всего лишь лоувики. Ты знаешь, что высшие не дружат с низшими.