Книга Бывший муж. Есть ли второй шанс?, страница 20 – Мэри Кац

— Только не говори, что сам всё это приготовил, — подхожу чуть ближе, наслаждаясь этим ароматом.

— А если скажу? — он стоит у плиты, помешивает что-то в кастрюле.

— Не поверю.

— И правильно, — усмехается. — Заказал. Но я его разогрел. Это считается?

— Считается, — я беру ложку, пробую. Вкусно. Очень вкусно. Я хочу съесть всё и сразу, но сдерживаюсь.

— Алиса спит? — спрашиваю.

— Уснула почти сразу после тебя. Даже мультики не досмотрела. Температура спала, дышит ровно.

Я выдыхаю. Внутри — облегчение.

— Спасибо, — говорю тихо.

— Не за что, — он садится напротив. — Ешь. Ты бледная.

— Я всегда бледная. Специфика кожи такая.

— Нет. Ты всегда была румяной, когда спала нормально.

Я смотрю на него. На его руки, которые мешают суп. На его лицо, на котором нет ни капли насмешки. Он серьёзен. И это пугает больше, чем его подколы.

— Как ты так быстро освоился на моей кухне? — я прищуриваюсь.

— Это не твоя кухня. Это кухня, где я провёл полгода жизни.

— Полгода? — я не понимаю. — Только не говори, что эта квартира принадлежала когда-то тебе? Потому что я точно помню, что здесь мы с тобой не жили.

— А ты, я смотрю, до сих пор сначала картинку у себя в голове нарисуешь, потом выводы свои сделаешь, и после того как вляпаешься, решишь выслушать.

Я недовольно фыркаю. Частично он прав, и это меня всегда бесило в нём. Сам не лучше, зато других учит.

Так и хочется показать ему язык, но я сдерживаюсь. Как-никак, я уже мама.

— Когда мы только поженились, мы снимали такую же по планировке квартиру. Ты тогда работала, а я был в отпуске. Готовил каждый день. И убирал. И стирал.

— Я не помню.

— Потому что ты была занята, — он пожимает плечами. — А я — нет.

— Ты хочешь сказать, что я тебя не ценила?

— Я хочу сказать, что мы оба были дураками, — он смотрит на меня. — Ты не ценила, я не объяснял.

— А теперь?

— Теперь я умею готовить только суп из пакета и заказывать еду.

Я не сдерживаю улыбку. Первую за сегодня. Может быть, первую за долгое время.

— Мама! — Алиса бежит на кухню, трёт глаза. — Дядя! Вы тут!

— Мы тут, — Демид подхватывает её на руки. — Как ты?

— Голо болит. И голова. И есть хочу.

— Сейчас будем ужинать, — он садится с ней на колени. — Мама суп ест. Ты тоже будешь?

— Буду, — Алиса кивает, потом смотрит на меня. — Мама, дядя читал мне сказку. Пло зайца, который потелялся. Я уснула.

— Ты уснула, потому что устала, — я глажу её по голове, проверяя, не горячий ли лоб.

— Нет, — она качает головой. — Потому что дядя холошо читает. Почти как ты.

Демид смотрит на меня. Я смотрю на него. Никто из нас не знает, что сказать.

После ужина Демид играет с Алисой, собирает пазл с животными. Алиса сидит рядом, помогает, переворачивает детали, объясняет ему, где чей хвост и кто что ест. Он слушает. Кивает. Задаёт вопросы. Я смотрю на них, чувствуя: это правильно. Это то, о чём я мечтала, когда узнала, что беременна. Но тогда его не было рядом. Тогда я посчитала, что не рассказать о ребёнке — это правильно. А сейчас он вернулся. Доказывает, что достоин быть с Алисой.

— Ника, — Демид подходит ко мне, когда сам уложил дочь спать. Уснула сразу. Я пойду.

— Хорошо, — я киваю, чувствуя странное сожаление. — Спасибо за сегодня.

— За это не благодарят. Я её отец и намерен восстановить отцовство.