Книга Зимний дом, страница 88 – Кэрол О’Коннелл

— Но это же твой дом. Нет, тетя Недда. Это я во всем виновата. Я вас огорчаю. Сначала эта сцена во время обеда, затем — прошлая ночь. Мне так жаль. Вы не можете уехать. Вы же любите этот дом.

Да, она любила его. Но дом не любил никого, больше не любил. Дом был печален, безумен и смертельно ранен любовью.

— Мое решение никак не связано с тобой, Битти. — Недда потянулась к Битти и накрыла руку Битти ладонью: — Ты можешь переехать ко мне, если хочешь. Пусть мой дом станет ступенькой на пути к твоему собственному. Ты не можешь всю жизнь оставаться с матерью.

Лицо Битти стало печальным, и Недда поняла, что коснулась очередной болезненной темы. Никто, кроме Недды, не подозревал, насколько сложен внутренний мир Битти. Иногда во время разговора с племянницей у нее возникало ощущение, что она ходит по лабиринту, где полно тупиков. Недда старалась избегать любых тем, которые могли причинить Битти боль. И теперь она свернула газету и положила ее на колени, подальше от глаз Битти.

Детективы неспешно позавтракали в больничном буфете, пытаясь найти подходящее объяснение одному непростому моменту в деле — вчерашнему поведению Мэллори и размахиванию пистолетом в Центральном парке.

Они прошли в маленькую темную комнату. Лечащий врач Джошуа Эдисона включил подсветку экрана, чтобы рассмотреть рентгеновский снимок. На снимке была заметна кривая линия.

— Определенно сотрясение. Поэтому он не может ответить, что именно произошло перед тем, как он потерял сознание. Судя по ране, кто-то его ударил…

— Камнем? — подсказала Мэллори, подняв пластиковый пакет с вышеозначенным камнем, покрытым красными пятнами. — Как этот? Камень лежал у него под головой, — она улыбнулась и посмотрела на доктора с надеждой. Можно подумать, его мнение имело для нее значение. — Или вы полагаете, что он мог упасть и удариться?

— Да, вероятно, — ответил врач, молодой и неопытный в вопросах судебной экспертизы. И он никогда раньше не сталкивался с Мэллори. — Несчастный случай.

Райкера потрясло, насколько реалистично выглядел реквизит Мэллори. Он смотрел на камень, добытый на стройке через дорогу, весь в красных пятнах. Пятна действительно были похожи на кровь. Райкер вполне мог представить, как его напарница обрушила этот камень на голову первого подвернувшегося под руку живого существа — в окрестностях бегало много мелких собачонок, — но все же надеялся, что она использовала кетчуп из больничного буфета.

Мэллори взглянула на стенные часы — пора действовать дальше. Детективы поднялись на лифте в отделение, где лежал Джошуа Эдисон, для окончательного разговора. Как и ожидалось, пациент сильно нервничал.

— Ваша история не подтвердилась, — сказал Райкер. — Мы позвонили в дом престарелых в Мэне. По их записям, эта женщина не подходит по возрасту.

И это правда. По записям Недде добавили целых восемь лет.

— И еще, — добавила Мэллори. — Ваше имя значится в документах на выписку, где вы представлены ее родственником. Более того, там никогда не слышали о Битти Смит.

— Да, — подхватил Райкер. — Объясните, пожалуйста. Вы что, пытаетесь шантажировать семью Зимнер, хотите содрать с них деньги?

— О, черт. Да нет же. Племянница попросила меня все устроить, чтобы перевести тетю в хоспис в штате Нью-Йорк. Ей хотелось сделать все тихо.