Книга Скитальцы, страница 15 – Марина и Сергей Дяченко

— Но ведь не маги – это тоже сила, – сказал он, пригасив светильник до обычной яркости, – множество больших дел совершалось мудрыми правителями, благородными героями и так далее. Вот король на троне, он справедливо правит. Вот маг в пещере играет заклинаниями. Вот мы с тобой идем по дороге. Все привычно, все уравновешено. Но Орвин вслед за своим Первым Прорицателем считает, что есть еще Третья Сила, к этим двум отношения не имеющая. Она, эта Третья Мифическая, якобы мечтает воцариться в мире, и воцарение ее несет живущим неисчислимые беды и страдания. Что она собой представляет и откуда возьмется – на это Завещание ответа не дает. Но сама мысль о ее существовании мне противна.

— Хозяин, – сказал я, пораженный, – но лошадь может быть либо жеребцом, либо кобылой, а пациент – либо живым, либо мертвым. Где вы видите третий вариант?

Он не ответил.

Наступила ночь.

Громада замка не освещалась ни одним огоньком, да и Лартов светильник горел теперь тускло и неровно. Дорога круто взяла в гору. Впереди, справа и слева, замаячили темные приземистые столбы, по-видимому, каменные. Мы замедлили шаг.

— Любопытные украшения, – пробормотал Ларт.

Столбы стояли шеренгами вдоль дороги, и на плоской верхушке каждого лежала, свернувшись, каменная змея. Каким бы тусклым ни был свет, их уродливые морды, обращенные к нам, были видны даже лучше, чем стоило.

— Ух ты! – сказал я с нервным смешком. И услышал то, что боялся услышать, – шипение. В ту же секунду они открыли глаза.

Сначала те, что были рядом, – мы стояли почти между ними. Потом, будто просыпаясь, – те, что были перед нами. А потом по очереди – все остальные.

На нас смотрела целая цепь красных горящих угольков. Вернее, две цепи – справа и слева.

Мне понадобилось все мое мужество, чтобы не броситься наутек. Я ограничился тем, что присел, спрятавшись за хозяина.

— Хорошенькая встреча… – буркнул Ларт.

— Уйдем, хозяин, – взмолился я снизу, – гляньте, как они смотрят!

Смотрели они отвратительно.

— Я пришел сюда, и я пойду дальше, – процедил Ларт обычным своим голосом. – Держись рядом!

И мы двинулись вперед. Это стало возможным потому, что я изо всей силы зажмурил глаза и открыл их только тогда, когда шипение осталось за спиной.

Замок закрыл уже половину черного неба, и был он чернее неба.

— Пришли, – сказал Ларт.

Подъемный мост был опущен. На дне рва маслянисто поблескивала жирная влага.

Ларт вдруг нагнулся, поднял камень и, размахнувшись, запустил его на мост.

Камень тяжело грохнулся о доски, и доски эти тут же вспыхнули. Камень, одетый пламенем, подскочил, как мячик, и ухнул в ров. Вода зашипела, и все исчезло – мост снова стоял пустой и темный.

— Дрянь, – с отвращением сказал Ларт.

— Не слишком ли много сложностей? – спросил я, дрожа всем телом. – Может, поищем другой ночлег?

Налетел порыв ледяного, почти зимнего ветра.

— Теперь уж я точно не уйду, – отозвался Ларт сквозь зубы. – Ну-ка…

И он на одном дыхании выдал длинную раздраженную тираду, не имеющую никакого отношения к родному языку. При первых же его словах мост напряженно выгнулся, как спина разъяренного кота, а чуть погодя ослаб, обвис и разом обветшал. Проклиная все на свете, я шагнул на него вслед за Лартом.

Мы миновали длинную арку, прорубленную в стене, и оказались на внутреннем дворе негостеприимного жилища. Нас приветствовали стаи летучих мышей. Шипастые двери замка неприятно напоминали очертаниями оскаленную пасть.