Книга Альтернат, страница 74 – Медина Мирай

Иван полностью разделяла ее боль. Она могла почувствовать, как бьется ее сердце, как кровь стучит в висках, как тянет в животе от голода и мечутся в голове мысли, но лишь одна отдается громким эхом: «Только не мой сын!»

— Самок оставьте. – Из каюты на палубу, покачиваясь из стороны в сторону, вышел мужчина лет сорока. Его длинные каштановые волосы с проседью были чуть ниже мочек ушей, на голове – большая черная треуголка. Выглядел он заметно богаче команды: в черной, расшитой орнаментами мантии поверх белой чистой рубашки, обтянувшей заметный живот. – Чтоб ни царапины на них. Они нужны для продажи. Всех обезьян переводить тоже не надо. Возьмем тех, которых уже не продать. Хоть какая-то польза, – он окинул их брезгливым взглядом. – Кто же знал, что черные мужчины так плохо переносят море.

— У них же нет в этом опыта, сеньор Колумб, – усмехнулся мучитель Иван. – Откуда им знать, каково это – бороздить океан. Сидели в своих соломенных шалашах и радовались жалкой жизни.

«Колумб? – оторопела Иван. – Христофор Колумб?! А это разве не он открыл Америку? Он имел какое-то отношение к рабству?.. Ах, впрочем, чему я удивляюсь. Чего еще можно было ждать от белого колонизатора?..»

— Ну теперь их жизни обретут больше смысла. – Колумб кивнул своему экипажу, и из ряда бедолаг в кандалах вывели мужчину. Его била мелкая дрожь, глаза на выкате, и Иван сразу стало понятно, что он болен.

В легких резко закончился воздух. Все естество ее загорелось от страха и безысходности. Это рабыня начинала оплакивать грядущую мучительную гибель мужа. Истошно крича и плача, она подалась вперед, но ее тут же схватили за руки и оттянули назад.

Сейчас Иван поняла, что все ее страдания по Эймери по сравнению с этим – пустяк. Все равно что сравнить летний теплый ветерок со смертоносным смерчем.

Мужчина занес над рукой своей жертвы саблю. Иван закричала, пытаясь спрятаться от грядущей расправы. Но от этого нельзя было скрыться. Нельзя просто отвести взгляд. Нельзя закрыть глаза. Ведь сама рабыня смотрит. А значит, смотри и ты.

— Иван, очнись!

Обеспокоенный мягкий голос Тени Иван узнала даже на фоне своих криков.

Она не помнила, в какой момент картины расправы над рабами сменились густой чернотой. Не понимала, что с ней происходит и как ей вырваться из кошмаров. Она била по мягким простыням, чувствуя, как кто-то пытается схватить ее за запястья холодными руками. Точно не Тень – это единственное, что она четко осознавала.

И вот, наконец, вспышка света. В холодном поту она подскочила на кровати, едва не столкнувшись с Азаруэлем лбами. Тень облегченно выдохнул.

— Как я рад. Ты жива. – Но измученный вид Иван явно отбил у него желание радоваться. Он сел в изножье ее кровати, ожидая, когда она заговорит первой.

— Я у себя? – спросила она полушепотом, жадно вдыхая воздух и оглядываясь. Действительно, это ее комната. – Я что, не умерла?

— Неа. – Азаруэль пристроился на стуле слева от нее. – Кое-кто успел вовремя снять с тебя артефакт.

Тень понуро ссутулил плечи и сказал:

— Я снял его сразу, как только прибежал. Ты была без сознания час, а потом у тебя начался припадок.

— Поздравляю, – в голосе Азаруэля не было ни нотки торжества. – Ты единственная, кого миновала смерть после ношения артефакта.