Книга Единичка, страница 83 – Элла Чак

Нэл застегнула ремешок часов и остановилась перед зеркалом, проверяя полную герметичность защитного комбинезона второй кожи. Впервые в жизни она собралась на выход из укрытия по всем правилам. Под вторую кожу надела обтягивающие велосипедки и топ с рукавами. Они переходили в перчатки, а капюшон полностью скрывал уже не рыжую копну, теперь даже и не копну.

Нэл использовала краску для волос, которую ей принесла Лея в гараж с байками. Мало того, она подстригла волосы, укоротив их в пять раз. Раньше спутанные рыжие локоны спускались до талии, теперь они стали черными, со рваными острыми кончиками и еле касались плеч.

Она проверила работу идентификационной карты, вызубрив код Нэ-Эл-Ка 14–15/пять. Два дня назад Смит показал ей план Сектора, который им когда-то передал двойной агент. Где и как располагались фаб-ричные пространства лаборатории, Башня с карательным козырьком, внутри которой прятали Систему и блоки с камерами объектов, куда ей будет положено возвращаться каждый день после восемнадцати трудовых часов. Голова Нэл раскалывалась из-за тотального недосыпа.

Два дня назад Фин привез ее на тригле обратно к трассе М-5. Разжав тугую хватку, Нэл соскочила на мокрый асфальт под бушующем ливнем. Влажный сезон набирал силу. Ночные дожди шли по восемь часов.

— Хорошо, что на мне сапоги! – улыбнулась она.

Мокрые пряди волос повисли с ее головы, прилипнув к щекам и лбу. Струйки воды сочились, срываясь с носа и высокого лба. Вытянув руку, Фин прикоснулся к ее щеке. Перчатка была грубой и шершавой, чтобы легче удерживать спектр. Вместо оружия он прикасался к девушке, которую не хотел забывать. И которую он убьет, как только забудет.

Нэл сильнее прижала его руку, после чего приблизилась и аккуратно обняла парня за плечи. Фин стоял в шлеме. Он снял ограничитель. В нос ударил запах дождя и ее волос. От них пахло ментолом.

— И главное, – отстранилась она, и ее серые глаза в обрамлении мокрых ресниц уставились на Фина. Возможно, впервые за все время она смотрела на него, как поучительно смотрят взрослые. Вроде бы еще молчит, но уже понятно: вот-вот прозвучит наставление, – если не примешь амнезийную бету, погубишь нас обоих, Фин. Обещай, когда создам ее, не станешь отнекиваться. Обещай! – тряхнула Нэл его за плечи, и вода с комбинезона разлетелась в стороны, словно с мокрого зонта.

— Обещаю, Сильвия.

— Я не забуду тебя, Алекс. Настоящего.

Он отстранил ее, аккуратно, но настойчиво:

— Настоящего Финнера ты возненавидишь. Держись от меня подальше. Сразу, как отдашь бету, беги.

Опустив шлем, он унесся прочь, словно пуля, пробивающая навылет поток водопада. Мокрая занавесь сомкнулась за спиной, стирая бликующую дорожку красных дисков тригла.

Нырнув в зеленое мокрое небо, Нэл добралась до Штаба и с тех пора забыла про сон.

Пароль «с-и-л-ь-в-и-я» тут же открыл доступ к рабочему столу старого ноутбука. Внутри оказались две рабочие папки. Одна тети Ли с копиями материалов работ над бетами. Вторая папка была набита записями деда.

Нэл пролистывала электронные заметки, в которых Нестор размышлял о солнечном излучении, природной радиации и ее очистке. Он много писал о силе жизни, часто повторяя: «Природа все давно изобрела. И средства уничтожения человечества. И антидот».

А еще внутри была папка с письмом от тети.