Книга Единичка, страница 81 – Элла Чак

— Это единственный способ! Я создам амнезийную бету в лаборатории Сектора. Я знаю все, что знала тетя, она меня научила. Видишь, – улыбнулась Нэл, – есть повод наведаться в гости!

— Нэл… если ты сотрешь мне память. Беги. Просто беги. Ты станешь целью. Если я все забуду, я убью тебя. Не смей ко мне приближаться. Никогда. Обещай, тогда я… сделаю то, что ты говоришь.

— Да, согласна… Ладно.

— Держись подальше от Луванэ, Дрогзи и Бэжоги. Они Лидеры. Луванэ еще ничего. Она клепает двушников, а Дрогзи и Бэжога убивают на месте. Не провоцируй их. Даже не смотри. За это бьют плетью.

— А за что не бьют?

— За все бьют, – вздохнул он. – Ваш агент, он точно тебе поможет?

— Конечно точно. Он же передает послания. Меня внедрят сразу в лабораторию на бывшее место Ли.

— Бэжога искала ее. Она будет приглядываться к тебе.

Финнер все-таки провел пальцами в перчатке по кончикам ее длинных рыжих волос.

— Этого сходства не будет. Я перекрашу их в черный.

— И станешь не солнцем, а солнечным затмением?

Нэл удивилась, как красиво прозвучали его слова:

— Или концом света, который пророчили майя.

— Они пророчили два. Я разговаривал с Системой. Как поисковик она работает. Рассказала мне про минусового журналиста. Он выяснил что-то странное. Вроде Верховная академия знала, что наступит Перерождение Солнца. Они готовили капсулы клонирования за тридцать лет.

— Знали? Но как?

— Может, календарь майя разгадали. Восемь лучей на солнце, – посмотрел он на кусочек цепочки, – это восемь планет Солнечной системы.

— Да, точно. Майя не пользовались колесом, но разбирались в движениях звезд и планет четыре тысячи лет назад. Как египтяне. Они тоже зашифровали в пирамидах календарь, предупреждающий о конце света. На самом деле пирамиды – это огромные часы.

— Часы? – переспросил Финнер. – Мне снятся часы, которые показывают время 11:22:33. Кто-то умрет. И почему-то это будет важно.

— Главное, чтобы это были не мы.

— Может, ты все-таки останешься в своем зеленом небе, Нэл? В лесу ты точно не сминусишь себя.

— В лесу… точно… Финнер! В лесу! Как же я могла забыть… собственное имя!

— Не буду шутить про наследственность.

— Да нет же! Меня зовут Сильвия! Пока я не получила код «Нэл», меня звали Сильвией. Оно означает «лесная». Это и есть пароль… Ли повторяла перед смертью, чтобы я запомнила свое имя. Как же круто наконец вспомнить!

Фин пытался изображать на лице радость, но эмоции счастья и раньше не были его сильной стороной.

— Я тебя вспомню, как ты думаешь? Это возможно?

— Фин… я…

— Все нормально.

Он завалился спиной на диван. Не хотел, чтобы она видела его ставшие почему-то влажными глаза. Нэл упала спиной на соседний. Между ними журнальный столик с разной мелочевкой. Здесь был даже старенький кассетный плеер с наушниками на проводах.

— Расскажи что-нибудь, чего никто про тебя не знает, – попросил он.

— Я не умею плавать, – перечисляла Нэл, – люблю лес и животных. Мой любимый цветок – чертополох, а ромашки просто не перевариваю. Еще… моя кожа горячее, чем у остальных. Не знаю почему, но это с рождения. Я не боюсь солнца и слышу странные фразы в голове. А ты?

— Слышу ли я фразы? – он чуть не выложил про сны о Ракиуре.

— Помнишь свое имя?

— Алекс. Меня звали Алекс.

Он поднял с журнального столика старый кассетный плеер и надавил на кнопку включения.