Книга Единичка, страница 30 – Элла Чак

Он все-таки спросил Систему про часы:

— Сочетание 11:22:33, Система. Это время смерти. Есть данные, кто умер?

— В эру минусовых каждую секунду на планете умирало примерно три человека. Время 11:22:33 повторяется дважды в сутки. Значит, сумма смертей равна шести. Две тысячи сто девяносто человек в год, плюс-минус с погрешностью шага десять. За какой период создать вам список?

— Две тысячи в год? – не поверил Финнер. – Теперь нас всего чуть за тысячу. Список не нужен. Этот объект, похоже, еще не умер. Система, сообщить мне о любом сминусившемся в 11:22:33.

— Принято, капитан Финнер.

— Как я вообще попаду на остров? В Новой Зеландии! На тригле, что ли? Он на одном баке держится в небе пару часов.

— Это вопрос?

— Нет, Система. Это загадка.

Закрыв отросшие волосы капюшоном трико, а сверху еще одним от второй кожи, Финнер опустил экран и отправился на инструктаж. Приказ срочный. Сама Бэ-Жо-Га 11–08/семь вызвала к себе. Одна из старших капитанов, что носят фиолетовую кожу, о которой мечтал и комиссар. Она была Лидером вместе с Луванэ и Дрогзи.

Старшие капитаны руководили комиссарами и распоряжались всем, что происходит в Секторе.

Бэжога сидела за прозрачным столом. Ее кабинет находился внутри Башни. Отсюда она любовалась просторами бетонной серой площади. Утром по десятисантиметровому слою пепла вышагивали колонны трудящихся. Дистанция в три метра выверена до сантиметра, хоть линейкой проверяй. Объекты знают: за нарушение вмиг получат электрическим импульсом по спине или рукам. Дисциплина и контроль. Только так Лидеры сохранят популяцию. Им лучше знать, что хорошо для людей, чего они должны хотеть и как жить. Оставалась какая-то мелочь. Истребить эмоции. Тогда прекратятся и попытки побегов, хоть ворота держи распахнутыми настежь целыми сутками. Никому до них не будет дела. Проблему штабных Бэжога тоже решит в скором времени.

Лидеры могли заставить объекты работать, заставить молчать, ходить строем, но они не могли лишить их надежды, мечтаний и веры. Бета-два. Вот что требовалось Сектору. Новая разработка, которая лишит объекты всех чувств. Не будет страха, печали, грусти, тоски, сострадания… не будет надежды на спасение.

Так не вовремя в лаборатории пропал лучший химик Ли-Св-Ис 09–18/семь! Никогда не нравились Бэжоге эти ее отлучки за ядами в лес. Сожрали дикие твари замечтавшуюся над поганками Ли, а Бэж теперь нового кандидата подбирать.

— Система, – голос Бэж звучал хрипло и низко, – найти карточку объекта Ли-Св-Ис 09–18/семь.

На мониторе высветилось уставшее лицо взрослой женщины с рыжим пучком волос на макушке.

— Куда же ты пропала, Ли? Что ты скрывала? Войди! Финнер, заходи! – на панели возле двери высветилось лицо комиссара.

— Прибыл по вашему вызову, старший капитан Бэ-Жо-Га 11–08/семь.

Финнер разговаривал с затылком Бэж, пока она не развернулась на крутящемся кресле. Она была без шлема, что случалось довольно редко. Теперь он увидел длинный подбородок, впалые щеки, пики торчащих скул. Жидкие волосы перетянуты в короткий хвост возле шеи. Лоб женщины пересекали старые шрамы от спектрального импульса.

Каждый в Секторе знал историю, как они появились. Заключенный объект отобрал оружие у комиссара и напал на Бэж, оставив те шрамы. Все думали, комиссарша обоих убьет на месте, но она поступила иначе.