Книга Ученик. Том 1, страница 114 – Сергей Карелин, Егор Золотарев

Разочарование и тревога сменились гневом и ненавистью. Те чувства, что прятал глубоко в душе Степан, и то, что я испытывал к его наставнику, смешались воедино, превратившись в гремучую смесь. Все, хватит! Даже если я сейчас выдам себя, мне все равно. Мое терпение лопнуло!

Я не стал ничего предпринимать на глазах посторонних людей, поэтому безропотно шел к дому. Одно меня тревожило — не смог дорисовать руну «Исцеления». Не знаю, что за болезнь поразила женщину. Не знаю, как она может повлиять на ее ребенка, но чувствую, что должен избавить ее от красной паутины.

Уже на крыльце я повернул голову и заметил, что беременная женщина по-прежнему стоит на дороге и с потерянным видом смотрит на меня. Она явно испугалась моих слов и нуждалась в помощи.

— Приходите завтра! Я вам помогу! — выкрикнул я, прежде чем Ерофей грубо затолкал меня в сени.

— Кому ты там помогать собрался, придурок?! Чтобы больше не смел и шагу ступить без моего ведома. Понял? Ты мне обязан! Иначе сдох бы уже давно в лесу.

Он зашвырнул меня в дом, отчего я чуть не свалился, но, по инерции пробежав несколько шагов, смог ухватиться за косяк двери в комнату.

— Говори, что за дела у тебя с тем стариком? Я все видел, — лекарь подобрал полено у печки и двинулся на меня, сжимая в руках свое оружие.

Из воспоминаний Степана я знал, что Ерофей частенько избивал его. Притом использовал все, что под руку попадет. В этот раз ему попалось березовое полено с торчащим сучком.

— Отвечай, паскуда, пока всю душу не вытряс! — заорал он и поднял полено.

Прежний Степан уже лежал бы у его ног и, заливаясь слезами, говорил все, что требовал от него лекарь. Еще в детстве этот грубый, безжалостный человек сломал его волю, сделав своим рабом. Но со мной такого не будет. Все, терпение закончилось. Пришло время сменить власть.

Я выпрямился во весь рост и молча, со спокойным видом наблюдал за ним.

— Оглох, что ли? Говори, что за делишки за моей спиной проворачиваешь?! — заорал он и замахнулся, целясь мне в плечо.

Я резко отступил назад, и рука с поленом пролетела в паре сантиметров от моей груди. Такой удар не сломал бы мне кость, но оставил бы большой болезненный синяк. То, что нужно, чтобы держать раба в узде, но чтобы он продолжал безропотно выполнять все поручения.

Ерофей удивился моей реакции, но сделал шаг навстречу: хотел повторить замах. Однако на этот раз я нырнул под его руку и ударил снизу вверх по локтю, вложив в удар всю силу. В своем прошлом теле я бы без особого труда сломал ему руку, вывернув локоть на другую сторону. Сейчас же мне удалось лишь попасть по нерву, чтобы импульс пробежал болью по руке.

— А-а-а! — вскрикнул лекарь, выронил полено и схватился за локоть. — Что ж ты делаешь, паскуда?

Он хотел схватить полено уже другой рукой, но я оказался быстрее. Теперь орудие пыток в моих руках. Я заметил страх, промелькнувший в глазах лекаря, но он вмиг совладал с собой и заорал во все горло:

— Ты что же это удумал?! Руку на благодетеля поднял? Я тебя от смерти спас, кормил, поил, одевал, лечил как родного, а ты…

— Заткнись, — я немного присел, размахнулся и ударил его по ноге в область колена.

Лекарь охнул и грузно свалился на пол, схватившись на этот раз за ногу.

— Ты бил, морил голодом, унижал, оскорблял, помыкал и издевался над ребенком, — я говорил спокойным голосом и подбрасывал в руке полено. — Одновременно с этим ты использовал способности Сте… Мои способности, чтобы зарабатывать деньги. Без меня ты — никто. Именно я, духогляд, подсказывал тебе, что именно болит у человека. Именно я все лето таскался по лесам, полям и лугам и собирал травы, из которых ты делал настойки и продавал людям. Именно я все это время прислуживал тебе: заготавливал дрова, стирал твои вещи, готовил еду и убирал в доме. Если ты думал, что так будет всегда, то сильно ошибался. Теперь все это будешь делать ты. Ясно?