Книга Попаданка-ключница проклятого дракона, страница 50 – Алекс Скай

Руна прижала ладони к губам.

— Они хотят, чтобы он сам отдал её.

За спиной Ники тихо закрылась дверь архива.

Не резко. Без удара.

Но звук был окончательным.

Руна обернулась первой и побелела.

У входа стоял Эйвард.

Ника не знала, как он вошёл. Не слышала шагов. Не почувствовала холода заранее. Может быть, архив сам пустил его. Может быть, родовая печать отвечала быстрее ключей. А может быть, он следил за ней с самого начала.

Его взгляд остановился на раскрытой книге.

Потом на лице Ники.

Потом на странице.

— Что вы читаете? — спросил он.

Руна низко поклонилась.

— Милорд, я…

— Выйди.

— Но…

— Выйди, Руна.

Служанка посмотрела на Нику, и та едва заметно кивнула. Не потому, что не боялась остаться. Боялась. Но сейчас Эйвард должен был услышать не от служанки.

Когда дверь за Руной закрылась, архив стал слишком большим.

Слишком тихим.

Ника осталась у раскрытой книги, а Эйвард медленно подошёл к столу. Его лицо было непроницаемым, но тёмный ключ с закрытым глазом у её пояса стал холоднее. Он чувствовал. Или замок чувствовал за него.

— Я приказал вам оставаться в комнате.

— Да.

— Вы снова нарушили приказ.

— Да.

Он поднял глаза.

— Даже не станете спорить?

— Нет.

Это, кажется, разозлило его сильнее, чем спор.

— Тогда объясните.

Ника посмотрела на страницу.

— Я нашла письмо в комнате Арисы.

Эйвард замер.

— Какое письмо?

Вот он. Момент, которого она боялась. Все её доводы, все найденные строки, вся осторожность могли разбиться о одну фразу. Но скрывать дальше было нельзя. Если она скроет, то станет ещё одной дверью, которую он однажды найдёт закрытой.

— Обгоревшее. В камине.

Его лицо изменилось.

— Покажите.

— Оно в комнате ключницы.

— Нивея.

— Я не хотела показывать, пока не проверю записи.

— Что было в письме?

Ника молчала слишком долго.

Эйвард подошёл ближе.

— Что было в письме?

Она подняла на него взгляд.

— Там написано, что вы не должны знать, что Сайра не ваша дочь.

Сначала он не понял.

Или понял слишком быстро — так быстро, что сознание отказалось принять. Его лицо стало неподвижным. Глаза — совершенно пустыми. Ника почувствовала, как воздух вокруг них начал холодеть, как лампы на столах потянулись тонкими серебряными языками, как где-то в глубине архива книги одна за другой захлопнулись.

— Повторите, — сказал он.

— Эйвард…

— Повторите.

— В письме написано, что Сайра не ваша дочь.

Он отступил на шаг.

Всего на один.

Но Ника никогда не видела, чтобы Эйвард Морн отступал от чего-либо. Даже когда портреты шептали. Даже когда замок распахивал двери. Даже когда речь заходила о белой комнате.

Этот один шаг был страшнее крика.

— Кто написал?

— Не знаю.

— Лжёте.

— Нет. Я правда не знаю.

Он резко развернулся к столу и ударил ладонью по раскрытой книге. Не по Нике, не по ключам — по столу. Но удар прошёл по архиву, как гром. Лампы вспыхнули. Цепи на книгах зазвенели. Книга признаний дрогнула, страницы зашуршали так быстро, что буквы начали смазываться.

— Где письмо?

— В моей комнате.

— Вы спрятали его.

— Да.

Он посмотрел на неё так, будто это признание окончательно стало доказательством вины.

— Почему?

— Потому что если бы я показала его вам в комнате Арисы, вы бы сейчас не читали эти строки.

— Вы решили за меня?

— Я решила выиграть время для Сайры.

Его глаза вспыхнули серебром.