Книга Я с тобой не наигрался, детка!, страница 66 – Солянка

Боль от стекляшек и рядом не стоит от удара, который я получила сейчас. Единственное, что хоть как-то успокаивало, что свои признания и мысли я держала при себе.

Сползаю по стенке. На щеках уже мириады слез. Но я как мазохистка, продолжаю свою казнь, не ухожу, вслушиваюсь.

— Расстанетесь? — спрашивает отец Матвея.

— Да, — отрезает баскетболист. — Кира останется в городе. Я уеду в Москву. В отношения на расстоянии я не верю. Будь добр, не мешай. Лучше помоги. Ты выполнишь то, о чем я попросил?

Его отец протяжно вздыхает.

— Полицию я уже вызвал, запись с камер изъял. Тот, кто виноват в происшествии, быстро отыщется. В раздевалках съемки нет, но можно вычислить всех тех, кто входил.

— Вот и отлично. Ты туда свою энергию направь, а нос в мою кровать не суй.

В кровать? Чем больше он говорит, тем мне хуже.

Отползаю от двери, чтобы меня никто не заметил. Догадываюсь, что мужчины вскоре выйдут, а я не хочу предстать перед ними вялой размазней.

Чудом нахожу туалет, запираюсь и даю волю рыданиям. Заткнуться не могу, вою в кулак.

Обидно, безумно обидно. Я намеревалась поехать в Москву с ним...

В чем-то Равиль Дамирович прав. Отношения должны вдохновлять. Я влюбилась. Впервые и искренне.

И вдохновилась. Из-за Матвея решилась написать тренеру, уже получила подтверждение и готова метнуться с ним на край света. Благо я рассудок не потеряла. Слава богу, что не потеряла.

Умывшись, посмотрев на себя в зеркало, преисполняюсь какой-то мстительной решительностью. Пошел он...

К тренеру поеду все равно. С Даниловой. Ему ни о чем не скажу.

Будем вместе с Аленкой снимать квартиру и добьемся успехов на своем поприще. Не всем быть звездами в спорте, кто-то должен и тренировать. И плевать мне будет на Зарипова, на Ахматову, на всех, кто будет против. Разберусь во всем сама.

В туалете я пробыла долго, до окончания матча. Сидела там, пока не удостоверилась, что припухлость на лице спала, что никто не заметит, что я плакала.

— Кира, — встречает меня подруга. — Я уже три круга по спорткомплексу накрутила. Куда ты пропала?

— Прости, — каюсь и после шепчу. — Позже поговорим. Я хочу расстаться с Матвеем.

— Что? — ее возглас нарушает тишину в раздевалке.

Другие девчонки поднимают на нас недоумевающий взгляд.

— Не ори, в номере расскажу. Он заслужил.

— Если заслужил, то ладно, — она грустно вздыхает. — Хотя жаль, вы очень красивая пара.

— Не нуди. — Морщусь я. Мне эта жалость ни к чему.

— Прости, не буду.

Потом завершается игра. Мне доносят, что «Барсы» победили, пусть и Зарипова отправили на скамейку запасных. Ребята выходят из группы, и этому факту радуется и команда поддержи, и сами баскетболисты, вытянувшие тяжелую игру.

На выходе нас встречают сотрудники арены. Допрашивают меня, Лизу, наших организаторов. Долго приносят извинения, обещая найти виновных и держать в курсе о расследовании. Где-то в толпе я замечаю выходящую Веронику.

Есть безумное желание указать на нее, но у меня нет никаких доказательств.

Сердце на части разрывается, а мне приходится улыбаться. В автобусе на меня пялится Матвей, а я сажусь с Аленкой, обнимаюсь с ней.

Нам явно надо поговорить, но в это мгновение мне не хватает слов. Что ему сказать? Что я все подслушала? Стараюсь быть от него подальше, не беру телефон в руки, чтобы не видеть сообщений, не выхожу на ужин в отеле, прячусь. И мои уловки срабатывали на отлично, но и Матвей не идиот. То ли ощутил мое негодование, то ли соскучился по временной кукле. Постучался к нам в номер, когда Данилова была в душе.