Книга Я влюбилась не в того отца, страница 51 – Ауриния Лавр

— Спасибо, — прошептал он. — За эти слова.

— Это не слова. Это правда.

Мы сидели так еще долго. Не целовались, не обнимались. Просто сидели рядом, и его рука лежала под моей. И в этой тишине, в этой простой близости, было больше доверия и тепла, чем во всех страстных ночах с Артемом.

Когда он уходил, на пороге он обернулся.

— Завтра, после встречи с Ириной, позвони мне. В любое время. Я буду ждать.

— Хорошо.

— И, Алиса… — он сделал шаг ко мне, взял меня за подбородок, заставив посмотреть вверх. — Не бойся. Я рядом.

Он ушел. А я осталась стоять в прихожей, прижав ладонь к тому месту, где его пальцы касались моего лица. И впервые за многие месяцы я не чувствовала себя одинокой. Чувствовала себя защищенной. И это чувство было страшным и прекрасным одновременно. Потому что я начинала понимать — я влюбляюсь. В самого неподходящего человека. В человека, который научил меня видеть правду. Даже когда она режет по живому.

Встреча с Ириной прошла в маленьком уютном кафе, вдали от центра. Она выглядела лучше: волосы аккуратно уложены, в глазах появился огонек, пусть и слабый. Но когда она начала говорить, ее руки снова задрожали.

— Он подал на развод, — сказала она, не дотрагиваясь до кофе. — И… он хочет, чтобы я отказалась от родительских прав. Полностью.

— Что? — я не поверила своим ушам. — На каком основании?

— На основании «моей нестабильности», — горько усмехнулась она. — У него есть справки. От психиатра, которого он сам нашел и, я уверена, купил. Там сказано, что я страдаю от депрессии и не могу нести ответственность за ребенка.

— Это бред! — возмутилась я. — Ты прекрасная мать!

— Я была, — поправила она тихо. — Пока он не начал методично уничтожать во мне все. Уверенность, самооценку, связи с внешним миром. Теперь у него есть «доказательства» моей несостоятельности. И… есть ты.

— Я?

— Ты — его бывшая. Которая, по его версии, оклеветала его из мести. Он собирается использовать историю с опекой, Алиса. Сказать, что ты неадекватна, что строишь козни против него, а значит, и против меня, как его союзницы.

— Что мне делать? — спросила я, уже зная, что спрошу об этом потом Ивана.

— Бороться, — сказала Ирина, и в ее голосе впервые зазвучала сталь. — Я нашла адвоката. Хорошего. Он берется за дело. Но мне нужны свидетельские показания. О том, как он себя вел с тобой. Как врал. Как манипулировал.

— Я дам, — немедленно согласилась я. — Все, что нужно.

— Спасибо, — Ирина протянула руку через стол и сжала мою. Ее пальцы были холодными, но сильными. — Мы справимся. Вдвоем.

Мы договорились о дальнейших действиях, и она ушла, оставив меня с кружкой остывшего чая и тяжелыми мыслями. Борьба. Суд. Публичное выяснение отношений. Все, чего я боялась больше всего.

Я достала телефон и набрала Ивана. Он ответил на первом гудке.

— Все в порядке? — его голос был напряженным.

Я вкратце пересказала суть разговора.

— Черт, — выругался он тихо. — Он не теряет времени. Хорошо. Завтра встреча с адвокатом. В десять утра. Я заеду за тобой.

— Иван, я… я не знаю, как благодарить тебя.

— Не благодари. Просто будь готова. Это будет непросто.

Мы попрощались, и я уже собиралась убрать телефон, когда пришло новое сообщение. От него.

«Не волнуйся. Я все беру на себя.»