Книга Инвентаризация чувств, страница 6 – Анастасия Рафаенко

— Алло.

— Дочь, привет, — голос у мамы усталый, но деловой. — Ты чего не звонишь? Как работа?

Слово «вчера» не звучит. «С днем рождения» тоже. Конечно, не звучит. Я знала... Но где-то внутри все равно сидела глупая часть, которая надеялась: сейчас вспомнит. Сейчас скажет. Сейчас все исправит и даст надежду.

— Нормально, — отвечаю. — На работе…

— Слушай, я по делу, — перебивает мама. — Мне врач новые таблетки выписал. Импортные. Наши не помогают, давление опять скачет. Пятнадцать тысяч курс. Ты не могла бы перевести? Сегодня, если можно, а то он в аптеке отложил.

Я смотрю на рыбок. Им все равно, сколько стоят таблетки. Им нужно, чтобы я вовремя кормила и меняла воду.

— Могла бы, — говорю.

Открываю банковское приложение. Нахожу мамину карту. Ввожу 15 000. Нажимаю «отправить». Я делаю это так быстро, будто решение принимает не голова, а мышцы. У созависимости есть своя моторика: сначала переведи, потом почувствуй. И я почувствовала, но не то…

— Перевела.

— Пришло! Спасибо, доченька. Выручаешь. Как всегда. Без тебя бы мы…

«Жили по средствам», — заканчиваю мысленно.

— И еще, кстати, — голос у мамы оживляется. — Помнишь, я тебе про дачу говорила? Таисия Павловна рядом со своим домом нашла участок. Хороший, недорого. Но нужен залог. Надо бы поторопиться. Ты же откладываешь?

Я смотрю на отражение в стекле аквариума: моя фигура, теплый свет лампы, три золотые полоски рыбок.

— Откладываю.

— Сколько там уже?

— Мам, давай про дачу потом. Я сегодня устала.

— Что значит потом? Такие варианты не ждут. Мы с отцом не молодеем, нам бы на воздухе, на земле. Ты же не хочешь, чтобы у нас от этой городской пыли инфаркт случился?

Вина поднимается привычно, как кислота в желудке. На вкус — металлическая.

— Не хочу.

— Ну вот. Ты все равно для себя деньги не тратишь. У тебя все есть: работа, квартирка. А у нас что? Мы всю жизнь тебя тянули. Теперь твоя очередь помочь. Как он? Точно, этот, дочерний долг выполнить!

Дочерний долг.

Кредит, который я не брала, но исправно выплачивала последние восемь лет.

— Мам, — говорю я, и голос выходит тише, чем хотелось бы, — я не готова сейчас это обсуждать.

Пауза.

— В смысле не готова? — в голосе появляется удивление. Не злость даже — именно удивление, будто банкомат отказался принимать карту.

Я сжимаю телефон сильнее.

— Мне нужно подумать.

— Что там думать? Ты же у нас умная, все считаешь. Посчитала бы уже все. Таисии Павловне залог к концу недели нужен. Ты же не подведешь?

Привычный ответ уже стоит на языке: «Не подведу». Он хочет выйти сам, без моего разрешения.

Я удерживаю его.

— Посмотрю, — говорю вместо этого. — Все, мам. Я устала. Обнимаю.

— Давай-давай, — отвечает мама рассеянно. — Спасибо за таблетки.

Связь обрывается.

Я кладу телефон экраном вниз и несколько секунд просто стою. Фильтр в аквариуме булькает. Рыбки плавают, не зная, что такое дочерний долг, залог, вина и таблетки, которые всегда дороже поздравления.

Затем включаю ноутбук.

Приложение знакомств открывается на пустом профиле.

«Кира, 33».

Нужно загрузить фото.

Открываю галерею. Скриншоты счетов. Фото документов. Снимки экрана из 1С. Аквариум. Ремонт в квартире — ободранные стены, мешки шпаклевки. Еще аквариум. Себя почти нет.

Нахожу фотографию трехлетней давности с корпоратива. Я стою сбоку, в полоборота, в черном оверсайзном платье. Волосы стянуты, лицо бледное, улыбка вежливая и напряженная. Вокруг коллеги с бокалами, а у меня пустые руки — даже на празднике я выгляжу так, будто зашла подписать акт сверки и случайно попала в кадр.