Книга Соно Вероника. Пьячере!, страница 109 – Верона Виера

— Ты же не ждёшь?

Он продолжает вести, а я останавливаю движение, смотрю внимательно ему в глаза:

— Рома, ты дурак или притворяешься?

Он несмело улыбается:

— Наверное, дурак!

— Всё! Потанцевали! Я хочу на свежий воздух, – отстраняюсь от него.

Карина куда-то исчезла, мамы тоже нет.

Папа, изрядно выпивший, флиртует с некой дамой в аляпистом платье из пайеток. Заметив меня, он строит серьёзное лицо, как будто это не флирт, а деловая встреча. Чувствую, вечером будет снова скандал!

Ромка идёт к пиджаку взять сигареты, а я, не дожидаясь, спешу на улицу.

* * *

Я выхожу на свежий воздух, вдыхаю полной грудью вечернюю прохладу. В стороне от главного входа, за углом здания, слышны голоса: мамы, Никиты и Карины. Они громко выясняют отношения. Градус алкоголя в крови мамы и, возможно, в Никите тоже, накаляют обстановку, что кажется слушают все. Все курят, молча, и слишком задумчиво. Оглядевшись, я спешу на голоса.

Карина мечется от мамы к Никите и не решается влезть в их бурный диалог:

— Я вообще не уверен, что это мой ребёнок, тëть Свет! – заплетающимся языком уверяет Никита.

— То есть встречаться с моей дочерью – это ты! А как брать ответственность, так не ты? Тебя разве так Вовка воспитывал? Будь мужиком! – не менее развязно парирует мама.

— Я вообще Веронику люблю! И она меня! Если и женюсь, то только на ней. Ребёнка, ладно, признаю, без проблем, но жениться на Карине не буду!

Охренеть! Он совсем страх потерял? Спешу влезть, пока не случилась катастрофа:

— Мам, не верь ему!

— О, заяц! – Никита расплывается в пьяной улыбке и, раскинув руки, лезет обниматься. – Верон, давай, скажи им всю правду про нас!

Он, похоже, не только пьян, но ещё и под чем-то? Взгляд рассеянный, мутный. Что за ерунду он несёт?

Мама прожигает меня искрами. Карина тоже готова набросится, дышит, как бык, растопырив ноздри.

— Ты совсем, какую правду? – озираясь на них, отталкиваю сумасшедшего. Наш разговор слишком громкий для правды. – Давайте дома обо всём поговорим? Мам, не верь, он же не адекватен!

— Правду про наш секс в машине, про наши поцелуи!

Глаза мамы и Карины округляются, а я, потеряв дар речи, стою с открытым ртом.

— Ты что, накурился? – с Никиты перевожу взгляд на маму. – Мам, не верь, пожалуйста, он всё врет!

Но мама хватает меня за руку и тянет к главному входу. Проходим быстрым шагом мимо курящих гостей. Взглядами встречаюсь с Ромкой. Смешавшись с гостями, он, насупившись, отводит взгляд в сторону. Оборачиваюсь напоследок, посмотреть куда и вижу, что Карина с Никитой следуют за нами.

Чувствую себя героиней немого кино, где титры в голове под тревожные звуки пианино: «Это позор! Дочь не оправдала доверие!»

Санта Клеопатра! Пусть всё скорее закончится! Но если мама сейчас увидит отца с той тёткой, то всех нас ждёт ядерный взрыв.

Хорошо, что жених с невестой устали и вообще не следят за тем, что происходит вокруг.

— Мам, мы куда? – пытаюсь ее остановить, предотвратить катастрофу.

— Туда, где можно поговорить.

Не нравится мне её тон. Я такой уже слышала. Как раз после того, как ей пожаловалась Карина на восьмое марта. Выдыхаю тяжесть маме в спину и от неё не отстаю. Она подходит к официантке и спрашивает, где можно уединиться. Та указывает на дверь освободившегося банкетного зала.