Книга Навязчивый мотив. Клуб 27, страница 122 – Вероника Артт

— Вот блин, – уже мягче сказал Крис, увидев, что я на него смотрю. – Сто лет не играл, уже забыл, что и как тут делается.

Я продолжала задумчиво глядеть на него.

Выглядел парень уже получше, но следы недавнего потрясения и урона здоровью, что он получил, пока еще не окончательно исчезли.

Нездоровая белизна покрывала лицо, словно пудра, нанесенная для сценического выступления. Под впавшими глазами пролегли тени. Волосы, короткие пряди которых были взъерошены, топорщились в разные стороны, а длинные, собранные в хвост, местами спутались.

На диване он сидел не в стильных или сшитых на заказ вещах, что обычно носил, а в черных спортивных штанах и домашней растянутой футболке с логотипом «Mötley Crüe».

Если не считать болезненности и отпечатка пережитого, такой домашний вид парня мне нравился даже больше, чем тот, что он являл миру.

Крис позвонил спустя неделю.

Взяв в руки телефон, я уже представила, как на том конце провода произнесут какие-нибудь страшные слова, вроде: «Здравствуйте, с сожалением сообщаем вам…»

Но вместо этого сам Крис, который, даже несмотря на слабость, пребывал в приподнятом расположении духа, тихим голосом сообщил, что через пару дней ему можно будет вернуться домой.

На вопрос, почему он не позвонил раньше, парень ответил, что плохо себя чувствовал, да и к тому же телефон разрядился, и никто в этой «чертовой больнице» не мог достать для него зарядку.

К огромному счастью нож прошел мимо жизненно важных органов. Тем не менее в ближайшие месяцы Крису нужно будет внимательно следить за своим состоянием и проверяться у врача.

Сначала парень попросил меня забрать его из больницы и побыть с ним пару дней, но в итоге все вылилось в то, что уже как неделю я жила у него дома.

Квартира Криса располагалась в модной многоэтажке, находящейся в пятнадцати-двадцати минутах от центра. Тринадцатого этажа было достаточно, чтобы сюда не долетала пыль шумного города, а голову от взгляда из окна начинало слегка кружить.

Первый раз войдя в жилище музыканта, я увидела то, что и ожидала – холостяцкую квартиру. Она была трехкомнатной. В спальне расположились большая кровать с внушительным шкафом вдоль стены, в котором, очевидно, хранился весь гардероб молодого человека. В зале стоял диван, а на тумбе напротив плоский телевизор. На стенах висели застекленные постеры с логотипами предпочитаемых парнем групп и изображениями на хоррорно-музыкальную тематику. В третьей комнате Крис устроил себе что-то вроде кабинета – стол, офисный стул, мощный комп, несколько гитар и книжный шкаф с разнообразием книг и стопок каких-то папок. Вдобавок ко всему шел еще выступающий из стены турник, очень похожий на тот, что я видела в доме у Мика.

Везде стоял умеренный беспорядок, а на поверхностях лежал слой пыли, которой было чуть больше, чем могло бы скопиться за время отсутствия молодого человека. Похоже, у вечно занятого Криса руки не доходили ни до уборки, ни до вызова клининга.

Все пространство было выполнено в черно-белой тональности: в спальне и кабинете стены были выкрашены в темно-серые оттенки, а на кухне и в большой комнате – в белые. Мебель в основном была такой же темной.

Лаконичная кухня отличалась минимализмом – врезные ручки, каменная столешница и антрацитовый пластик фасадов.