Книга За секунду до любви, страница 45 – Вирсавия Вайс

— А если нет... — Она сжала поднос пальцами с такой силой, что костяшки побелели. — Так подносом приголублю, что до пенсии не вспомнишь, как тебя зовут. Надеюсь, всё понятно?

Рука соскользнула с задницы, и она выдохнула, выпрямляясь, делая шаг назад.

— Три пива. И всё? — Перевела она разговор в рабочее русло, снова уставившись в потолок, как и не было ничего.

У меня в штанах пожар, а этой ровно. Одно слово — Заноза!

— Пока всё, киса. Но это ненадолго.

Она развернулась и ушла, прошивая толпу, как торпеда. Я проводил ее взглядом, наслаждаясь видом ее покачивающихся булочек.

Потягивая пиво, уже ситуацию обмозговывал, что и как. Дождаться ее и тупо подкатить. Куда она денется? Врубить очаровашку на максималках. Уже понимал башкой, на хрен всё. Пока эту Цыпу не объезжу, все в сад.

— Чего, Соболь, зацепила? — Якут подсел ко мне, хитро прищурившись. — Нашел кого дразнить. Рокс за своих девчонок голову быстро открутит. Смотри, не вляпайся.

Взяв пачку, вытянул зубами сигарету и затянулся, продолжая задумчиво пялиться туда, куда свалила мелкая.

— Да на кой хер козе баян? Сама за мной бегать будет. — Рыкнул, сплёвывая, допивая пиво и шарахая пустым бокалом по столу.

— Да ладно? Не много берешь на грудь? — Заржал Якут, поднимая руку.

В кабаке мгновенно наступила тишина. Все знали, что если полкан объявляет минуту тишины, лучше заткнуться.

— Итак... — Он крякнул. — Значит, говоришь, бегать будет?

Твою мать, как знал. Но хер ли теперь делать.

— Будет.

— Сколько ты еще здесь? Неделя? — Он поднял бровь.

— Так точно.

— За неделю уложишь девчонку в постель?

Еще раз бросив взгляд в сторону стойки, где она стояла, перегнувшись через нее, разговаривая о чем-то с девчонками, бросая косые взгляды в зал, усмехнулся.

— Уложу. — Глухо припечатал я.

— Мужики, кто делает ставки?

Тишина тут же взорвалась смехом, матом и хер проссышь чем. Бабло полетело на стол разноцветными фантиками, а я сидел и смотрел на малявку, охеревая от того, как ловко эта маленькая сучка втянула меня во всю эту байду.

Если звездец начался, то ударной волной шарахнет по всем фронтам, да так, что мало не покажется.

Уже через пять минут все в этой тошниловке знали про то, что я забился на тёлку. И знали, на какую конкретно. Воздух скручивался от напряжения в тугую звенящую спираль. Я не сводил с мелкой глаз, как и каждый кобель в этом прокуренном зале. Стоило ей только подойти к столику, как все разговоры стихали и слышались смешки. Она постоянно оглядывалась, её губы шевелились явно не от ласковых эпитетов, но что самое поганое, она словно чувствовала, что вся эта херня из-за меня, так как время от времени простреливала яростным взглядом пространство между нами.

И всё бы ничего, но через какое-то время я увидел, что и девчонки стали сбиваться в кучки, хихикая, поглядывая то на неё, то на меня, явно начиная разгонять свой тотализатор. Последней грёбаной вишней на торте стал Факир, вернувшийся с довольной рожей из подсобки, поправляя рукой яйца.

— Слышал, что ты на новенькую забился? — доставая из пачки сигарету, он прикурил и, прищурившись, окинул меня внимательным взглядом.

— Вот мне интересно, Фарирыч, — раздражение пёрло из всех щелей. Мало того, что я в дерьмо вляпался, так ещё и стал героем этого вечера. — Ты об этом узнал, нализывая дырку Рокс?