Онлайн книга «За секунду до любви»
|
— Можно? — он замер, глядя мне прямо в глаза. — Пожалуйста. Я кивнула, не в силах говорить. Осторожно переложила дочь в его огромные, дрожащие руки. — Держи крепко, не бойся, она... ещё то шило в попе. — улыбнувшись, прошептала я, поглаживая его руки, чувствуя тепло больших ладоней. — Совсем как её мать. — хмыкнул он, поднимая на меня глаза. — Чего это? — тихонько фыркнув, улыбнулась и показала ему язык. — Скорее всего, как отец. Уж вонючая она точно в тебя... — Помоюсь. — усмехнулся он. Я стояла и смотрела на них. На то, как он нежно укачивает её, как целует маленькие пальчики и что-то тихо шепчет ей на ухо. А маленькая партизанка улыбается и что-то ему отвечает на своем лопотинском языке. — Я на кухню... — шепнула я, понимая, что ещё чуть-чуть и разревусь в голос, пугая Машку. Он кивнул, прижимая её к себе ещё сильнее, а я на негнущихся ногах вывалилась в коридор и пошла, ничего не видя от стоящих в глазах слез, в столовую. Механические движения. Засыпать кофе, залить воду и сливки, щёлкнуть кнопкой. Только успокоиться, успокоиться. Ещё немного… вдох и выдох… Его ладони легли на мои плечи так неожиданно, что я всхлипнула. — Она уснула, я положил её в кроватку. — тихий голос у самого уха и его губы. На моей коже, как раскалённым железом. Господи, как долго я этого ждала! Вечность! Ждала и боялась, что больше никогда. — Она чудесна. — Снова поцелуй. — Спасибо тебе, детка. — Дан... — простонала я, откидываясь назад, упираясь спиной в его грудь. — Тссс... Дай мне ещё немного… Поверить... И мы стояли так ещё одну вечность, я дышала им и чувствовала, как в мою спину бъётся его сердце. Пока не щёлкнула кофемашина и по кухне не пополз аромат свежего кофе. И тогда его руки вдруг ожили, скользнули ниже, по плечам, талии, задержались на какую-то секунду на моих ягодицах. — Дан... — мой голос охрип мгновенно, когда я поняла, когда почувствовала, Господи... Ну ведь нельзя же так. Но телу было уже плевать, и я это поняла по тому, как быстро и слишком распутно оно откликнулось на его... ласку? Не-е-ет. Это было что угодно, только не ласка, это было возвращение. Жёсткое, до боли и прожигающее до основания. Одним движением он резко развернул меня лицом к столу, и я без слов легла грудью на столешницу, раздвигая ноги, вслушиваясь в звук расстёгиваемых пуговиц. — Детка... — тихо хрипел он, шумно сглатывая. — Ты же понимаешь, всё потом... всё. Разговоры, ласки, я, чистый и пахнущий, как, сука, имбирный пряник, всё потом. Да? Не сейчас... А я улыбалась и кивала головой, ожидая того самого первого толчка, от которого качнутся звёзды. Да… Ох... Я тихонько вскрикнула, закусывая губы, зажмуриваясь, пытаясь удержать слёзы от того, насколько сильным и глубоким было это вторжение, насколько сильно его пальцы сжали мои бёдра, разводя ягодицы в сторону, насколько… Маамочки... — Прости, малыш... — Звук разрываемой ткани и его губы на моих плечах. — Девочка моя... Девочка... Как же я скучал, как подыхал... твою мать... Стеф... И всё… Его грубая сила и моя податливая плоть, до сорваного крика, до его диких толчков внутри меня, до тихого хриплого стона и горячей пульсации внутри. Пока не успокоилось сердце, пока он не вышел, не развернул меня к себе, не приподнял вверх моё лицо и не прошептал в мои опухшие губы: |