Книга Хрупкое счастье понедельника, страница 72 – Дэни Аткинс

— О нет! Вы же не…

— Партия номер один в буквальном смысле взорвалась. Получился маленький Везувий прямо в духовке. Вторая партия оказалась отвратительной на вкус. Третья… Ну, вы сами видели. Наверное, все же придется купить готовых, чтобы Коннор мог отнести их на школьный праздник.

Вопрос вертелся на языке, но голос в голове, до боли напоминавший голос Киры, кричал, чтобы я его не задавала. Я обожала подругу: ее непреклонную верность, ее поддержку во время болезни, ее заботливое сердце. Но это не значило, что она всегда права.

— Я могу помочь вам с Коннором испечь новые… если хотите. Это не покажется вам слишком странным?

На мгновение мое предложение смутило Алекса.

— Я не могу вас об этом просить.

— Вы и не просили. Я сама вызвалась.

— Ну… Это было бы здорово, если только…

Я не стала дожидаться, в чем состоит его условие, и вставила собственное:

— Но только если вы сначала спросите у Коннора, согласен ли он на мою помощь. Не хочу, чтобы он считал, будто я… встреваю… не в свое дело.

Алекс покачал головой.

— Думаю, его проделка с телефоном уже отвечает на этот вопрос. Коннор нелегко сходится с людьми, но к вам он, похоже, и в самом деле привязался.

«А я к нему», – подумала я, когда Алекс вышел, чтобы спросить у сына, не хочет ли он помочь мне на кухне.

Его не было довольно долго, и я успела немного прибраться и расчистить место на столе, поражаясь тому, что многую кухонную утварь Лиза хранила на тех же полках, что и я у себя дома. Эту мысль я выкинула из головы прежде, чем она успела пустить корни и разрастись. Если ты держишь ложки в том же ящике, это еще не значит, что между вами существует какая-то мистическая связь, а если я собиралась принести больше пользы, чем вреда, то от подобной чуши нужно было держаться подальше.

— Вы прибрались… – с виноватым видом заметил Алекс, войдя в кухню рука об руку с Коннором, внезапно ставшим намного застенчивее.

— Самую малость, – ответила я, чувствуя, как розовеют щеки, и надеясь, что Алекс решит, будто это из-за затраченных усилий, а не от удовольствия.

По множеству причин мне казалось безопаснее разговаривать только с Коннором и притворяться, что Алекса здесь нет. «Давай, Молли, это же твоя работа, – сказала я себе. – Ты ладишь с детьми, ты это умеешь».

— Коннор, папа сказал мне, что тебе нужны пряничные человечки, и тебе сегодня повезло, потому что оказалось так, что их я умею печь лучше всего на свете.

Конечно, я немного преувеличила. Раньше мне приходилось их печь лишь однажды, но я нашла рецепт в телефоне, пока Алекс уговаривал Коннора спуститься, и была вполне уверена, что сумею испечь печенье, не привлекая внимания пожарных.

Алекс, судя по всему, был рад уступить руководство мне и пристроился на дальнем конце стола, подтянув к себе стоявший рядом ноутбук. Время от времени он начинал шумно стучать по клавиатуре, по-видимому, не подозревая, что я видела в отражении в стекле – ноутбук был выключен. Он внимательно наблюдал, как я обращаюсь с его сыном, и меня это полностью устраивало. Если бы Коннор был моим ребенком, уверена, я была бы не менее осторожна, а может быть, и более.

— Сначала нужно взвесить муку, – сказала я своему маленькому ассистенту слегка неестественным тоном повара из кулинарного шоу.