Книга Хрупкое счастье понедельника, страница 177 – Дэни Аткинс

Это был очень милый жест, и Алекс долго смотрел на фотографию. Эта свадьба с самого начала обещала стать необыкновенной. Со стороны Мака за шафера была его старая университетская подруга Энди, закатившая такой мальчишник, что, наверное, все участники получили весомый удар по печени на всю оставшуюся жизнь. Вместо традиционных церковных гимнов для церемонии Молли и Мак выбрали классический джаз. Это была очаровательная дань памяти отцу Молли, и хотя Алекс и не видел переднего ряда, он знал, что на месте, где сидел бы ее отец, лежала свадебная программа вместе с его старыми очками для чтения, «потому что без них он ничего не видел».

«Наверное, так и должно быть, – подумал Алекс. – Мы всегда должны включать тех, кого потеряли, в свою повседневную жизнь». Именно это он и старался делать последние пять месяцев. Теперь они с Коннором по очереди носили старый фартук Лизы, когда готовили ужин. Они постоянно слушали ее любимую музыку, и Алекс старался почаще упоминать ее в разговорах. Теперь Коннор разделял любовь к астрономии со своим отцом, и они вместе сидели в саду, заглядывая в бесценный телескоп Лизы.

— Мама теперь там, – не раз говорил ему Коннор.

— Она смотрит на нас со звезд, – соглашался Алекс.

И это помогло ему, когда наконец пришло время отвезти Коннора туда, где покоилась Лиза.

— Здравствуй, мама. Это я, – прошептал Коннор, проводя пальцем по надписи, высеченной на мраморном надгробье: «Жена и мама».

— Прости, что так долго, милая, – извинился Алекс, когда Коннор отошел, чтобы нарвать диких маргариток для матери. – Ты же меня знаешь: у меня не всегда все получается сразу, – он с улыбкой посмотрел на Коннора, бежавшего обратно с охапкой цветов. – Но я теперь справляюсь лучше. Мы оба справляемся. Ты можешь отдыхать. Кажется, я научился.

Он проделал долгий путь с того дня, как трясущейся рукой подписал согласие на трансплантацию органов. Он потерял слишком много времени на поиски ответов там, где никогда бы их не нашел. И все же, как он ни искал, он так и не мог понять, почему же Лиза спасла именно этих четверых. Словно разглядывая образец абстрактного искусства, он стоял слишком близко, чтобы разобрать, что же это означает. Только отступив назад, взглянув на расстоянии, он наконец понял.

Все вело к дню бури – дню, когда они едва не потеряли Коннора.

Если бы Барбара не получила новую почку, их пути никогда бы не пересеклись. Она никогда не подарила бы Коннору котенка. Котенка, который так взбесил их соседа, что тот установил камеру наблюдения. Камеру, которая оказала бесценную помощь в поисках Коннора.

Если бы Мак не получил роговицы Лизы, он не оказался бы в машине в тот день, вслушиваясь в звуки на записи, которые никто другой не смог бы различить. И не заметил бы Коннора в конце причала.

И если бы легкие Лизы достались кому-то другому, юноша, склонный к преувеличениям, но все же иногда говоривший правду, не смог бы пробежать через весь причал и нырнуть в море, чтобы спасти Коннора.

— В каком-то смысле они все спасли мальчика, – сказала Ди, расчувствовавшись из-за того, как близко они оказались к потере еще одного члена своей маленькой семьи.

— Отличная мысль, но есть один изъян, – возразил Тодд. – Какую роль во всем этом играет Молли? Кого спасла она?