Книга Использованная жена дракона. Дети без имени, страница 91 – Майкл Скофилд

Люди Вейры были задержаны. Не все. Мастер ключей Ворн исчез до того, как стража пришла в его комнату. Рехту нашли в архиве: она пыталась сжечь учетные связки проходов в родовое крыло. Илла Улта взяли у северной лестницы с дорожным плащом и чужой печатью. Он требовал встречи с Сарвеном, потом с Вейрой, потом с Ровеном, потом начал кричать, что все действовали ради чистоты рода.

Саяна, услышав это от Ниши, мрачно сказала:

— Когда взрослые говорят «чистота», обычно хотят кого-то отмыть из жизни.

Эймар долго думал.

— Или стереть.

Ирсена не поправила.

Она в это время подписывала новый документ.

Не в нижнем зале печатей.

В малом зале крыла Варр.

За столом, который утром еще был просто старой мебелью, а теперь стал местом, где ее имя снова получало вес.

Присутствовали Ровен, Ольрид под охраной, Марст, Мила, лекарь крови, Ардан, а также двое писарей. И дети. Ирсена хотела увести их, но Эймар сказал:

— Это про дом мамы.

Саяна добавила:

— Значит, мы смотрим.

Документ был короче, чем брачный договор, и честнее.

«Земли, имущество и доходы, принадлежавшие дому Варр и находившиеся под временным управлением Таргардов после отъезда Ирсены Варр, возвращаются под личное управление Ирсены Варр. Все решения, касающиеся крыла Варр, башни Варр и имущества материнской линии Эймара и Саяны Варр-Таргард, принимаются Ирсеной Варр самостоятельно. Родовой совет Таргардов не имеет права распоряжаться указанным имуществом без ее письменного согласия».

Ирсена читала каждую строку вслух.

Писари нервничали.

Ровен не перебивал.

Когда она закончила, Саяна спросила:

— А где написано, что нельзя снова назвать маму носительницей дара?

Писарь побледнел.

Ирсена посмотрела на дочь.

— Хороший вопрос.

Ровен повернулся к писарю.

— Добавить.

Писарь сглотнул.

— Формулировка, милорд?

Саяна подняла руку:

— «Не сметь».

Ниша с ковра у камина одобрительно кивнула.

Ирсена сдержала улыбку.

— Напишите: «Ирсена Варр признается самостоятельной главой материнской линии Варр в пределах смешанной ветви и не может именоваться в официальных документах дома Таргардов как носительница дара, ресурс крови, объект брачной ценности или иным образом, умаляющим ее личное и родовое право».

Писарь писал быстро.

Ровен смотрел на Ирсену так, будто каждое слово не просто записывалось — возвращало ей часть пространства.

Ольрид поставил печать.

Ровен — свою.

Ирсена — печать Варр.

Саяна долго смотрела на серебряный оттиск.

— Маленькая ветка победила большой круг?

— Не победила, — сказал Эймар. — Выросла внутри.

Дочь подумала.

— Тоже хорошо.

После подписания Ровен спросил у детей:

— Хотите увидеть башню с западной галереи? Оттуда видна земля Варр.

Саяна сразу:

— Далеко?

— Не очень.

— Там закрытые двери?

— Нет.

Эймар посмотрел на мать.

Ирсена устала так, что хотела только тишины. Но дети весь день слушали о договорах, смерти, подлогах и угрозах. Им нужен был воздух.

— Идите, — сказала она. — С Милой, Нишей и стражей.

Саяна посмотрела на Ровена.

— Ты тоже?

— Если разрешите.

Дочь задумалась.

— Можно. Но если будешь говорить скучно про земли, я уйду.

— Буду стараться.

— Старайся интересно.

Они ушли.

Ирсена осталась одна впервые за день.

Почти одна.

Через несколько минут в дверь тихо вошла Мила.

— Госпожа, вам нужно поесть.

— Потом.