Книга Использованная жена дракона. Дети без имени, страница 134 – Майкл Скофилд

Саяна тихо прошептала:

— Даже матерью?

Ирсена наклонилась:

— Даже мной. Когда вы вырастете, ваша жизнь будет вашей.

Дочь подумала.

— Страшно.

— Да.

— Хорошо.

Эймар улыбнулся.

Ольрид подошел к книге.

На этот раз его рука не дрожала. Он написал имена четко, красиво, с ровной черточкой между Варр и Таргард. Саяна попросила рядом маленькую молнию. Ольрид побледнел от одной мысли о нарушении формы. Ирсена уже хотела отказать, но Ровен вдруг сказал:

— В полях можно поставить знак личной ветви.

Ольрид выглядел так, будто его заставили переписать устройство мира.

— Можно, милорд.

— Тогда поставьте.

Саяна сияла целых три секунды, потом вспомнила, что нельзя показывать слишком много радости, и сделала серьезное лицо.

В полях рядом с именами появилась маленькая молния, вплетенная в ветвь Варр.

Эймар попросил добавить звезду.

— Почему? — спросила Саяна.

— Потому что я люблю звезды.

— Логично.

И рядом появилась маленькая звезда.

Так в главной книге рода Таргардов впервые оказались не только положенные гербы, но и детские знаки — молния и звезда, утвержденные матерью, отцом и совершенно растерянным мастером печати.

Когда запись завершили, камень крови отозвался мягким гулом.

Без боли.

Без трещины.

Свет прошел по золотым прожилкам, затем по серебряной линии Варр, и на миг весь зал увидел то, что прежде прятали: пламя не становилось слабее от корня. Оно становилось живым.

После церемонии Ровен подошел к Ирсене.

— Можно?

Одно слово.

Она знала, о чем он спрашивает.

Не взять руку.

Не обнять.

Просто встать рядом с ней перед людьми не как бывший муж, не как виновник, не как лорд, а как отец детей, чьи имена только что стали окончательной правдой.

Ирсена кивнула.

Он встал рядом.

Дети между ними.

Саяна держала Ирсену за руку, Эймар — Ровена, но через минуту поменялся: взял и мать, и отца, соединив их через себя. Саяна посмотрела, фыркнула и тоже взяла Ровена за рукав.

— Не думай, что это навсегда, — сказала она.

— Не думаю, — ответил он.

— Сегодня можно.

— Сегодня достаточно.

Ирсена смотрела на их руки и чувствовала, как внутри тихо отступает что-то старое. Не уходит. Нет. Некоторые раны становятся частью памяти, а не исчезают.

Но теперь они не управляют каждым вдохом.

Позже, уже в башне Варр, устроили праздник.

Не дворцовый.

Настоящий.

С длинными столами во дворе, горячим хлебом, тушеным мясом, медовыми лепешками Милы, яблоками, северным сыром, травяным отваром для детей и крепким напитком для взрослых, который Амун назвал «лекарством от родовой важности». Аркант лежал на дальнем выступе и делал вид, что не слушает музыку. Саяна украдкой носила ему куски жареного мяса, пока Ирсена не сказала, что дракон не кот.

— Он большой кот, — возразила Саяна.

Аркант фыркнул.

— Видишь? Согласен.

Эймар сидел рядом с мальчиком из рода Арш и показывал ему карту звезд. Ниша танцевала с одним из молодых стражей и наступала ему на ноги с таким достоинством, будто это часть танца. Мила смеялась у кухни. Амун спорил с Марстом о счетах. Терен пил отвар и выглядел так, будто впервые за годы не ждет плохих новостей каждые пять минут.

Ирсена отошла к стене башни ближе к ночи.

Оттуда был виден двор, дети, огни, люди, которые еще недавно боялись даже произносить имена.

Ровен подошел не сразу.