Книга Танец с хищником, страница 21 – Колин Ви

Я зажала рот рукой, чтобы не разреветься от бессилия и страха. Вокруг — всё тот же полумрак. Мы чёрт знает где, а на спине мужчины всё ещё дымилась обугленная кожа.

— Перестань мельтешить! Нервируешь! — рыкнул оборотень, на секунду подняв на меня светящиеся белым глаза. — У волков регенерация лучшая из всех двуликих. Ещё несколько минут — и мы сможем идти дальше.

От волнения и страха я и правда начала ходить кругами и даже не заметила этого. Старая привычка грызть ногти тоже вернулась.

— Заживает как на собаке… — пробубнила я себе под нос. — Но это нас отсюда не вытащит! Вот если бы у нас был план лабиринта и мы нашли выход, то… — Я топталась на месте, продолжая лихорадочно соображать, как выбраться отсюда. Желательно живыми. — А вот интересно, как там у Рейнара? Может, они уже в своих комнатах шампанское потягивают? Что мы делаем не так, если с таким успехом продолжали попадаться во все ловушки?

Где-то же был выход из этой западни, нужно было только подумать… Когда мы сюда попали, повсюду были египетские иероглифы, а вы завели нас в такие дебри, что здесь вообще ничего нет.

— Мы что, заблудились? Как теперь поймем, в какую сторону идти?

Наконец я остановилась и вопросительно уставилась на опешившего волка. Кажется, мужчина уже забыл, что его только что поджарили. Я принюхалась — запах гари почти выветрился, спина больше не дымилась. Значит, и правда быстро исцеляется!

Тогда почему его так перекосило, если не от догадки, что дело дрянь? Поняв, что волк со мной согласен, уточнила:

— Что? Вы тоже подозреваете, что нас планомерно топили? Иначе почему здесь только мы с вами? Где остальные? Догадались, кто вас подставил и дал невыполнимую миссию? — От нетерпения я наклонилась и с жадностью посмотрела на острые черты лица и темно-серые, почти грозовые радужки глаз.

— Нет. Я забыл кое-что сделать перед турниром… — На него было страшно смотреть.

Интуиция подсказывала молчать. Но где я — и где интуиция?

— Карту лабиринта забыли? — с надеждой предположила я. Ну конечно, он забыл. Кто бы не забыл, если бы застал фаворитку с родным братом?

— Тебя из замка выкинуть забыл! — прорычал этот… этот олень и наконец поднялся на ноги. Навис надо мной ангелом возмездия и через силу выдавил:

— Я — Архонт. Единый правитель мира двуликих уже двести лет. Время, за которое мы открыли и колонизировали больше десяти миров! — С каждым его словом во мне поднималась волна животного страха, перемешанная с восхищением. Она окутывала тело и застревала в груди, чтобы взорваться от его последних слов. — Я решаю, кто выживет, а кто — нет! И ещё не родился тот двуликий, кто сумеет меня обхитрить. Всё, что я делаю, имеет смысл — даже когда ум человечки этого не понимает! — процедил волк, не сводя с меня свирепого взгляда.

Потом он медленно поднял руку и аккуратно вернул мою челюсть на место. Ну что ж, теперь я знаю, от чего этот оборотень не умрет — от скромности.

Я ведь воочию — да ещё так близко — никогда не видела их вожака в гневе. И только сейчас до меня окончательно дошло, с кем именно я влипла. Он и правда был сильным. А мужика перекосило так, будто я совершила смертный грех — посмела усомниться в его лидерстве и хищной природе.

Растрепанные волосы падали на широкие плечи. Скулы заострились, глаза загорелись силой, а чувственные губы сжались в тонкую линию. Я, как заколдованная, не могла оторваться от этого зрелища. Просто задыхалась и смотрела.