Книга Волхва для Медведя, страница 18 – Елена Счастная

Ведана всё ж выдохлась и пожалела, что не дала себе спуску раньше, не попросила старосту идти медленнее. Она приостановилась, чтобы хоть немного отдышаться: Медведь не сразу заметил. Ведана уже и рот открыла, чтобы окликнуть его, сделала шаг вперёд и оступилась как будто. Вмиг потеряв опору под ногами, рухнула вниз, с крутого склона, который резко, без всякого схода, уходил в глубокую низину с проросшими в ней, точно зубы, камнями. Для святилища Велеса место самое подходящее, да тропинка до него опасная. Ведана больно подвернула ногу и ударилась плечом обо что-то твёрдое. Покатилась, загребая пушистый снег под ворот и в чеботы. Набилось холодных комьев в рукава, присыпало лицо и тут же запекло, словно песком натёрло. Долетел до слуха зычный оклик Медведя. Откуда-то сверху, издалека, как будто Ведана в ослепительную пропасть провалилась. В спину ударило острым камнем, и только толстый кожух уберёг от сильного ушиба, после которого можно и не встать на свои ноги. Но всё равно в глазах аж красным вспыхнуло от боли. Ведана невольно вскрикнула и застонала, ткнувшись лицом в примятый сугроб. Лишь едва сумела повернуть голову, чтобы не задохнуться. Сверху к ней уже торопливо спускался Медведь, опираясь на руку, цепляясь за торчащие из снега кустики. Едва не кубарем подкатился к Ведане и упал рядом, коленями в холодную глубь сугроба.

— Ты как? Цела? — выдохнул — и снежинки, осевшие на его бороде и усах, превратились в блестящие капельки.

— Кажется, не очень, — просипела Ведана и попробовала пошевелиться.

Боль в боку вспыхнула ещё, но уже чуть слабее, а после и вовсе начала стихать помалу.

— Сломала что? — кажется, испугался староста.

— Нет, — она помотала головой, медленно приподнимаясь. — Нет. Показалось.

Медведь обхватил её за плечи и помог перевернуться, пока не тревожа сильно. Сдёрнул рукавицу и выгреб снег из-за ворота Веданы, отряхнул лицо, уже почти онемевшее.

— Ты как зимы не видела сроду, — улыбнулся. — Осторожнее надо быть.

— Кто ж тропки такие опасные у вас решил к капищу прокладывать, — проворчала Ведана.

Поправила съехавший на затылок платок — и поняла, что очелье потеряла где-то по дороге. Зашарила по голове: обидно, колты-то были хоть и не драгоценные, конечно, а ладно сделанные и нравились ей очень. Авось отыщутся, когда назад подниматься придётся. Медведь позволил ещё немного прийти в себя, наблюдая за её вознёй. Подал руку и помог сесть. Ведана поморщилась, когда резкое движение отдалось в ушибленном месте. Да ничего, пройдёт. Но староста вдруг обеспокоился, ладонь на спину её положил.

— Точно всё хорошо? Или вернёмся?

А она ответить почему-то сразу не смогла, глядя в его глаза, тёмные всегда, а вот теперь, на зимнем холодном свету, скорее отсвечивающие старой бронзой. Медведь нахмурился, внимательно осматривая её лицо, которое, кажется, и замёрзло, но вот вдруг загорелось: то ли от снега, то ли ещё от чего. Он качнулся вперёд и накрыл почти онемевшие губы Веданы своими — отчего-то горячими, словно не морозная зима кругом, а самое жаркое лето. Она вдохнула носом, на миг растерявшись. А пока мешкала, острый порыв, что как будто из глубин тела всплеснулся, уже заставил её ответить. Раскрыться навстречу, жадно глотая согревающее дыхание. Она вцепилась в ворот кожуха Медведя, потянула на себя, а в следующий миг будто твёрдым холодным комком в висок ударило. Отшатнулась, толкнув старосту прочь, едва снова на спину не завалилась, да он держал, оказывается.