Книга Барыня Друидка 2, страница 23 – Елена Шатилова

— Это настоящее чудо, Екатерина Фёдоровна! Здоровый, крепкий, правда, задира растёт, как бы другие петухи не забили. Но с людьми ласковый, — говорила Фёкла, поглаживая петушка, смирно сидящего у неё на руках.

Я протянула руки и взяла его. Он не стал сопротивляться. В детстве я как-то гостила у тётки в деревне. Вот там у неё был петух, звали Лапша. Петуху было семь лет, убить, у хозяев рука не поднималась, уж очень умный. Хотя изначально хотели действительно лапшу сварить, отсюда и прозвище. Так, он был такой сообразительный, что на имя прибегал и урчал как кот, когда его гладили.

— Будешь Борька! — вспомнился задиристый одноклассник Борис, вечно в драки лез.

Фёкла рассмеялась, а компаньонка непонимающе посмотрела на меня.

— Это будет особенный петух, племенной, поэтому достоин имени. Вырастит быстро, так что не гоняй, если кур начнёт топтать раньше положенного, — птичница кивала с широкой улыбкой. — Как другие цыплята себя чувствуют?

Фёкла показала и остальных скороспелых птенцов, они тоже были крупными, но явно курочки. Я вздохнула с облегчением, значит, всё правильно сделала.

— А когда петухи начинаю топтать кур, потомство когда? — спросила я, чтобы прикинуть, в какое время ждать результатов по естественному размножению. Ещё нужно будет отделить их от остальных, чтобы не скрещивались. Очень надеюсь, что изменения произошли на генетическом уровне.

— Так не раньше конца лета, — ответила птичница.

Это не есть хорошо, очень долго. В моём случае должно уменьшиться месяцев до трёх. Плюс ещё ждать, когда куры подрастут, а я хотела, и на них начать зарабатывать. Значит, придётся обрабатывать яйца на потоке.

Другие птенцы тоже вылупились, но пока были жёлтыми, крепенькими и практически одинаковыми, ну кроме парочки. Судя по виду, это как раз мои павлины. Даже жёлтый пух не мог скрыть намётки хохолка и длинного хвоста, с нетерпением буду ждать развития.

В отличном настроении покинула курятник. Но оно быстро сошло на нет, когда я поняла, что мне ещё несколько дней нельзя будет практиковать. И чем заняться? Я же с ума сойду от безделья!

Ноги сами понесли в конюшню. Компаньонка, естественно, увязалась за мной. Когда я вошла в загон с Луной, возмутилась:

— Екатерина Фёдоровна, вы ещё слабы для поездок!

— Так поехали со мной, присмотришь, — с вызовом посмотрела на Веронику.

Прохор меня научил одевать на лошадь седло, но сейчас я его не подниму, поэтому дала команду конюху. Он в отличие от сердобольной няньки, только хмыкнул на её высказывание.

Компаньонка промолчала и с ужасом посмотрела на лошадь. Даже не знаю, как выбить из неё страх перед этими животными.

Я же действительно решила прогуляться, потому что вполне сносно себя чувствовала, даже голова не кружилась. Сев на Луну, я поехала на выход из конюшни, даже не посмотрев на Веронику.

Куда я собралась? Да уж точно не в деревню. Пора расширить зону своего обитания и хотя бы осмотреть часть своих владений.

Я проехала совсем немного, как услышала движение за спиной. Сомневалась, что это компаньонка, ну мало ли. Обернулась. Меня нагнал Прохор.

— Ох и заноза эта ваша Вероника, всю плешь проест. Не завидую мужику, которому она глянется.

— Да она хорошая, просто как курица, всех готова опекать. И такая она, потому что любовь нерастраченная. Так что повезёт мужику…