Книга Единственная смертная для вампира, страница 31 – Айрин Валери

Вторая рука скользнула по моей талии, притягивая меня ближе к нему. Я открыла глаза. Мы стояли лицом к лицу. Его взгляд был тёмным, горящим, с алым отливом в глубине. Его рука всё ещё сжимала моё запястье. Я чувствовала каждую линию его тела — твёрдого, сильного, опасного. И моё тело отвечало на это прикосновение, несмотря на мой разум, который кричал, что это неправильно.

— Ты дрожишь, — прошептал он, не сводя с меня глаз. — Боишься меня. Но ты хочешь этого. Я вижу. Я чувствую это.

— Нет, — выдохнула я, но слово прозвучало слабо и неубедительно.

— Лгунья, — сказал Себастьян, и мягко улыбнулся. — Ты хочешь этого, — прошептал он, наклоняясь к моему уху. Его губы легко коснулись мочки, и я вздрогнула, выдохнув. — Твоё тело говорит громче слов. — От уха он стал спускаться к шее, словно изучая её. Он продолжил говорить, и его дыхание горячее касалось меня, отчего пришлось закусить губу, что бы не вырвался предательский стон.

— Сердце бьётся быстрее, дыхание сбилось, кожа горит. Скажи, что я неправ.

Я не могла сказать. Потому что он был прав. Чёрт возьми, он был прав. Моё тело предавало меня, откликаясь на каждое его прикосновение, на каждое слово.

— Сделай это для меня Лили, — шептал он и его голос был низким, хриплым, сорванным страстью.

Он сделал шаг вперед. Заставив меня шагнуть назад. Спиной я почувствовала опору. Себастьян прижал мою руку к стене и вытянул на уровень с головой. Затем переплел свои пальцы с моими.

Наши взгляды снова встретились. В его глазах горел огонь. Я видела в этом огне отражение своего собственного желания — запретного, грешного, пугающего.

— Скажи правду. Я хочу знать, что ты чувствуешь то же, что и я.

Я замерла на мгновение. Лицо горело, словно на него вылили кипяток.

Затем резко дёрнула руку, вырывая её из его хватки. Увидела удивление в его глазах — на мгновение, всего на мгновение, он потерял контроль. Этого было достаточно. Я упёрлась ладонями в его грудь и оттолкнула его с такой силой, на которую была способна. Он не сдвинулся с места — но я смогла снизить градус накала.

— Ты думаешь, что знаешь меня? — сказала я, и мой голос был холодным, как лёд. — Ты думаешь, что можешь читать меня, как открытую книгу?

Я смотрела на него, чувствуя, как между нами всё ещё вибрирует напряжение, как натянутая струна. Он стоял напротив, и его глаза всё ещё горели, но теперь я видела в них что-то новое — любопытство, смешанное с лёгким замешательством.

Вдруг он улыбнулся.

Широко, почти мальчишески, открыто. В его глазах заплясали чёртики, и я почувствовала, как моя напускная уверенность даёт трещину.

— Знаешь, — сказал он, убирая руки и засовывая их в карманы, — а ведь ты права. Я действительно думал, что знаю тебя. И знаешь, что?

Я нахмурилась, не понимая, куда он клонит.

— Что?

— Я ошибался, — сказал он, продолжая улыбаться. — Ты не просто книга. — В его глазах, промелькнула задумчивость. — Ты — энциклопедия. В кожаном переплёте. С золотым тиснением. И с секретным разделом, который открывается только после того, как прочитаешь все остальные страницы.

Я моргнула. Это было так неожиданно — его шутливый тон, его лёгкая, почти дурашливая улыбка. Я готовилась к битве, а он… он превратил это в комедию.

— Ты издеваешься? — спросила я, чувствуя, как моя злость начинает таять, уступая место замешательству.