Книга Княжна медвежьего края, страница 4 – Виктория Хорошилова

— Девушка вам досталась талантливая. Схватывает на лету. Либо её уже обучали.

— Лаида, кто бы её обучал в той дыре? Я приехал, когда её пытались забить палками — за ложное обвинение! Сколько тебе нужно дней, чтобы не стыдно было предстать перед князем?

— Неделя. Только если не нужно учить танцы.

— Я напишу князю, узнаю. Сколько потребуется на танцы?

— Месяц. Минимум месяц. К тому же портные пока не брались за бальные платья.

— Хорошо. Кстати, как тебе её речь?

— Хм… На удивление, у неё очень грамотная речь. Нет сельского говора. Я заметила, что девушка хорошо читает. Нужно проверить её грамотность.

— Сможешь?

— Да, мой мальчик.

Вечером мадам Лаида проверила, как я пишу и читаю. Письму мою предшественницу учил отец, и она ходила в школу в соседнем селе — окончила пять классов. Этого было достаточно, чтобы научиться читать, писать и считать. Но я знала больше. Это укладывалось в легенду, что я дополнительно училась у старой травницы в соседней деревне — что было правдой. Приёмный отец покупал мне книги, хотя для нас они были дорогими. Он положил их мне в сумку в последний момент. Всего их было пять, но для меня — бесценные. Я показала их мадам Лаиде — все они были о травах и для травников.

— Ты была травницей, — догадалась она. — Неудивительно, что ты такая сообразительная. Пишешь сносно. Потом, когда будет время, потренируешь руку — научишься писать более изящно. Пока рано забегать вперёд. Сейчас главное — подготовить тебя к встрече с правящей четой.

Через неделю была запланирована поездка к моим кровным родителям. Мне уже успели сшить необходимый минимум одежды, даже появилось несколько украшений. Ехать предстояло в карете — без амортизации, с минимальными остановками: только на ночлег в придорожных тавернах или постоялых дворах. Так, за двое суток мы добрались до столицы.

Я пережила эту поездку чудом. Дорог в привычном понимании не было, а в карете трясло так, что ни почитать, ни подумать толком было невозможно. Подушки под попой не спасали, и к концу пути сидеть становилось мучительно тяжело.

На столицу я толком взглянуть не успела — приехали поздно ночью, при редких фонарях. Нас сразу разместили в гостевых покоях, и я наконец-то смогла выкупаться и привести себя в порядок.

А утром состоялось знакомство с родителями. Холодное, официальное, без намёка на радость встречи. Оказалось, князь пообещал герцогу выдать за его сына свою дочь — мою сестру-близняшку. Но сестра умерла год назад от горячки. Тогда и начали искать меня.

Было неприятно узнать, что меня специально выбросили — близнецы считались дурной приметой. Вот барону и поручили найти вторую девочку. Я слушала всё это молча, стараясь держать лицо. Видимо, получилось.

— Ты молодец, что не закатываешь истерики, принимаешь своё место, — сказал отец.

Пришлось прикусить щёку изнутри, чтобы не ляпнуть лишнего.

— Когда планируете провести свадебный обряд? — спросил он у Рихарда, ведь именно ему по заслугам пообещали княжескую дочь.

— Ваша Светлость, думаю, через полгода будет идеально. Мы никуда не спешим, и у нас будет время немного узнать друг друга с Анной.

— Твоё право. Даю согласие. Я распорядился, чтобы ей отдали платья сестры и её украшения — фигурки у них одинаковые.

Мерзко. Вот что я чувствовала. Я словно не человек, а предмет интерьера. Моего мнения никто не спрашивал, поэтому весь приём и обед я провела молча.