Книга Вторая жизнь Анны, страница 40 – Виктория Хорошилова

— Прекрасная дева, мой дорогой. Хороший выбор, мальчик мой, — сказал старый император.

— Но, мой господин… — подал голос аристократ.

— Молчи, если нет умных мыслей, а то головы можешь лишиться, — отмахнулся, как от мухи, дедушка Мэтью.

Ужин прошёл молчаливо, и на меня кидали очень недружелюбные взгляды. Сказать что-либо боялись. Но, судя по гляделкам аристократии, я должна была подавиться уже давно. Но я уже жила в замке, я прошла через пытки и смерть. И чужие колкие взгляды меня уже не тревожат — пусть подавятся своим ядом.

Кто-то закашлялся.

— Ведьма, — прошипел тот, кто кашлял. — Я чуть не помер из-за тебя!

— Вы меня обвиняете в чём-то?

— Я из-за тебя чуть не подавился! — прошипел толстенький трорк.

— Жуй молча и спокойно, Хрок, — сказал император, — а то подавишься ты только своим ядом.

Мужчина захлопнул рот, и зубы так стукнули, что я забеспокоилась об их целостности. На меня кинули взгляд, полный ненависти, а я только глаза закатила и больше никак не отреагировала.

— Хорошая выдержка, дорогая, — сказала мать Мэтью.

— Благодарю, миледи.

Мама у Мэтью была красивой и выглядела очень молодо.

После ужина император сказал присутствующим аристократам:

— Анна — невеста Мэтью.

Не успел он еще что-то сказать, как один из аристократов влез:

— Но разве она ровня принцу?

— Я тебе слова давал? Нет! Но отвечу — Анна, дочь герцога, и да, она ровня не наследному принцу.

— Но, мой император, ее же обвиняли в предательстве и казнили!

Император изобразил пантомиму «рука — лицо» и вид «какие идиоты меня окружают».

— Для тех, кто не знает — благодаря Анне мы живы, — сказал мрачно император. — Она ученая, и принц ее королевства хотели использовать ее таланты, чтобы убить наши войска, пожертвовав даже своими гражданами. Потому девушку и обвинили, пытали и убили.

— А как она тогда может быть тут, если ее убили? — спросил кто-то тихо.

— А за это мы можем поблагодарить Единого.

— Мой император, а если она молила не Единого, а Темного?

— Анна, кого ты молила о своем спасении?

— Никого не молила, — ответила честно, — скорей просила, чтобы этот ад скорей закончился.

Император подал знак, что ужин закончился. Мэтью сразу помог мне встать из-за стола и подвел к своей матушке. Сделала реверанс, приветствуя ее.

— Рада познакомиться, милая. Не обижайся на них, — махнула она на аристократов, — их нужно осаждать. Не позволяй себя обижать.

Сделала легкий кивок, принимая ее совет.

— Прогуляемся? — спросил Мэтью у меня.

— Да.

Он повел меня не на улицу, а сделал небольшую экскурсию по дворцу.

— Ты произвела фурор на местную знать.

— Заметила, некоторые едва не подавились от злости.

Он рассмеялся.

— Они еще будут пытаться доказать тебе, что ты не должна находиться здесь и вообще не можешь быть моей невестой. Но хочу сказать тебе — ты, как никто другой, заслуживаешь быть приближенной к императору. И я восхищаюсь тобой, твоим умом и силой духа. Я хочу, чтобы мы с тобой узнавали друг друга и могли быть счастливыми.

— Это самый длинный разговор, что у нас с тобой был.

— Да, прости, я обычно не разговорчив. Но ты мне и правда очень нравишься. Еще там в лесу. Мы тогда видели тебя днем просто сразу не подходили и немного наблюдали. И я искал повод как задержаться рядом с тобой. А потом те метаморфозы, что происходили с тобой... Я был шокирован и не мог тебя оставить там. Потому нашел причину задержаться.