Книга Зима, страница 71 – Татьяна Луковская

— Дарья, уймись! - пытался утихомирить ее муж.

— Да, что же вы все моего отца за душегуба считаете?! - невидящим взглядом обвела всех Агаша. - Да, он совсем не такой, он хороший, а вы!

— Хороший, хороший, кто ж спорит, но не говори ему пока. Ну, что тебе стоит, коли муж все равно уезжает. А весна придет, рожу я, дитя окрепнет, так и скажемся. Сама побоишься, так мы с Леонтием придем, все, как было, расскажем.

— Нельзя такое таить, грех это! - молодой священник попытался поднять жену с колен. - Как она венчанная с непокрытой головой ходить станет?

— Как она невенчанная с боярином легла? Никогда о нас не думаешь, хоть раз о семье вспомни. В глухомань эту нас повез, я тебе и слова не сказала. А здесь-то как живем? Бродники на приступ лезли, да что я пережила, а если бы не сдюжили. Что от нее убудет что ли, если она пока смолчит, а души безвинные спасет! Может этим от греха отмоется!

— Ладно, - устало сказала Агафья. - Только выйдите все, я здесь в притворе хочу с муже попрощаться.

Попадья резво вскочила на ноги, уводя Леонитя, десятники, почесывая затылки, вышли следом. Молодые остались одни.

— Прости меня, - шепнул Демьян, прижимая жену к себе.

— И ты меня, я теперь тебя слушаться должна, а сама...

— Я сейчас скажу, только ты выслушай спокойно, ладно?

— Сказывай.

— Если я до морозов не вернусь за тобой, значит, меня в живых уж нет, вдова ты. Замуж снова выходи, красоту свою не губи понапрасну.

— Да, что ты такое говоришь?! Ты уж возвращайся, я тебя ждать стану.

Они долго стояли обнявшись.

— Агафья Федоровна, светло уж совсем, - нетерпеливо заглянула попадья. - Пойдем, я до дома тебя доведу. Кто увидит, так скажем, молиться в церковь Божию сутра ходили.

Агаша нехотя отступила.

— Подожди, - Демьян быстро стал отвязывать от пояса калиту. - Вот возьми, - протянул он тощий кошель. - Здесь мало совсем, но все же. И это, - он снял с пояса ловчий нож.

— Зачем мне?

— Как отцу признаешься, так отдашь за прокорм. Чтобы не говорил, что я ему жену на шею навязал. А нож, это тестю от меня подарок, он дорогой, здесь смарагд [1] в рукояти. Побрезгует, не возьмет, так приберешь куда на память. И вот еще, - Демьян запустил руку за пазуху, и достал небольшой деревянный гребень, на нем была вырезана точно такая же лошадка, как на заушницах Агафьи. - Подарить тебе хотел, мои вырезали.

— Я беречь стану, - прижала молодая жена к груди подарки. - Возвращайся, - сказала она Демьяну и пошла прочь, уже за церковной оградой на повороте последний раз обернулась, махнула мужу рукой и скрылась в переулке. Все. Увидит ли он ее еще раз? В груди давило, сбивая дыхание.

Олексич присел на церковной паперти рядом с десятниками.

— Может, все же забрать ее с нами нужно? - вздохнул он.

— Пусть все как есть, - посмотрел в серое небо Горшеня.

Крупными хлопьями над Вороножем опять пошел снег, зима наводила в своих чертогах чистоту, после разгула проказницы оттепели.

[1] - Смарагд - изумруд.

6.

Провожать курян вышел весь Воронож. Кто с любопытством, кто с явным облегчением следил за сбором чужаков. Чьи-то прекрасные девичьи очи наполнялись слезами.

На церковной площади дружины выстроились получить благословение перед дальней дорогой. Леонтий кропил воев святой водой, на Демьяна он плеснул побольше, так, что с шапки на лицо потекли тонкие струйки.Домой, домой! - слышалось отовсюду.