Книга Чудно узорочье твое, страница 109 – Татьяна Луковская

— Придется, — согласилась Нежка.

— Только я того не умею. Отец жалел, не брал на забой, — Зорька прикусила губу, перебарывая вновь подступившие слезы. — Ума не приложу, как то сделать.

— Мне Гирша мой нож оставил, гляди, — Нежка показала притороченные к поясу ножны, — справимся как-нибудь.

И так это она уверенно произнесла, что Зорька чуть успокоилась.

— Надо бы к реке выйти, у берега сподручней было бы, — зевнув, предложила она.

— Да, но чтоб не у самой реки, а чуть поодаль, — тоже зевнула Нежка. — на волков бы не набрести, вот уж худо будет.

Зорька согласилась, про себя все же думая, что теперь им опасней не дикие звери, а люди. Две женщины с детьми в лесу — большой соблазн для любого, кто зло в сердце запустил, а не только для ворога.

С рассветом, скудно позавтракав, они снова отправились в путь. Сегодня тянуть сани было особенно трудно, тело ломило, а на пальцах даже под рукавицами вскочили волдыри. Малые девчушки, Любава да Забава, канючили хлеба и просились домой, и только старшой Михалко, уже все понимая, старался подталкивать сани сзади, помогая матери и тетке. Малый отряд, сделав дугу, начал забирать вправо, проскочив широкий заснеженный луг и русло какой-то реки, они вышли к новому лесу. Пологое открытое место возле реки Зорьке не понравилось. Посоветовавшись, беглянки решили еще пройтись по лесу. Места потянулись совсем чужие, здесь уж и Нежка никогда не бывала, поэтому шли осторожно, наощупь, вглядываясь в чащу.

Лес оказался изрезан оврагами. И подъемы, и спуски вытягивали последние силы. Стиснув зубы и навалившись, беглецы вскарабкались на очередной гребень холма и не смогли сдержать вздоха разочарования — они стояли на обрывистом берегу той же, а, может, другой реки, за рекой снова простирался широкий луг. Серое небо, сквозь которое не просматривалось солнце, не позволяло понять, где стороны света, которая — восход, а которая закатная.

— Давай здесь останемся, — предложила Нежка.

Зорька согласно кивнула. Если отойти от речного обрыва вглубь леса, то с луга убежище будет незаметным, а к реке можно спускаться чуть правее, чтобы следы не выводили сразу к временному жилищу.

Пока пробирались сквозь чащу, казалось, что сил почти не осталось, а вот остановились, облюбовали небольшую ложбинку у двух сосен, и охватило желание быстрее обустроиться, приспособиться, создать местечко поудобней. И закипела работа.

Нежка кинулась расчищать от снега пол будущего жилища, Зорька с Михалкой пошли выбирать молодые деревца, чтобы нарубить жердей. Зорька рубила, мальчонка складывал в кучку. Сделать сруб сил не хватит, землянку тоже в мерзлой земле нечем копать, значит стены следует сотворить из плетня, перевить гибкими ветками жерди да приладить к могучим соснам, крышу так же свить, но закрепить чуть наискосок, чтоб могла стекать влага, ежели будет оттепель. Все это завалить лапником да засыпать снегом, оставить только малую дыру, выпускать дым.

К вечеру, когда сумрак окутал плотной пеленой не только лес, но и речную низину, была готова только одна стена. Нежка с Зорькой разложили запасы. У Зорьки была репа и туес с овсом, все, что брала коровке, остальные припасы остались на возах свекрови. У Нежки мешочки да туески были малые, но всего по чуть-чуть — туес муки, вяленной рыбки пяток, ячменя, соли, пшеничной крупы. Надолго ли хватит? Ежели удастся сохранить от лесной живности, да с умом подойти, то можно растянуть и на месяц, а то и на два.