Книга У Червленого яра, страница 39 – Татьяна Луковская

— То твоя невеста была? — услышал он за спиной звенящий девичий голосок.

Миронег торопливо повернулся: в его рубахе с распущенными по плечам мокрыми волосами стояла Услада. И была она сейчас совсем не воробьишкой, а распаренной, теплой, пахнущей пряными травами женщиной.

— Не твоя забота, — огрызнулся Миронег. — В баню я пошел, — широкими шагами полетел он вдоль оврага.

«Одному-то можно побыть али нет!»

Теперь и самому Миронегу изба показалась маловатой, как-то нужно разгородиться. Стол был сдвинут ближе к одной из лавок, из короба извлечена рогожа и подвешена на веревку, разделяя внутреннее пространство надвое. «Так-то», — довольно отряхнул руки Миронег, потом вздохнул и пошел городить себе ночлег на сеновале. Все ж лучше вовсе отдельно, ночи пока теплые.

— Эй-эй, ты чего здесь?! — заметил он возившуюся в ледяной воде ручья Усладу.

— Стираюсь, — спрятала она за спину окоченевшие от холода руки.

— К реке ступай, там вода паркая, только вон по той стежечке, видишь? — направил неразумную девицу Миронег.

— Я лучше здесь, — с опаской посмотрела в сумрак зарослей Услада. — Не так уж и студено.

— Да не бойся, уплыли они, — догадался Миронег, — вниз по течению на лодках ушли. Иди, застудишься, что потом с тобой делать.

Услада собрала в корзину мокрую одежу и побрела к реке. Первым порывом рачительного хозяина было побежать следом, проконтр… в смысле, помочь. Но он переборол себя и присел у костерка, наслаждаясь наступающим вечером.

Девчонка вернулась быстро, ровненько развешала на веревке поневу, порты Миронега и обе рубахи, отошла полюбоваться своей работой, довольно улыбнулась. Чудная.

— Козу покажешь, как доить? — с готовностью и дальше приносить пользу, повернулась она к Миронегу.

— Не надобно, завтра. Ступай спать, я тебе на десной лавке постелил, — смилостивился хозяин.

Уговаривать не пришлось, Услада пошла к избе, но у двери остановилась.

— А твоя невеста вдовица, на ней повой был?

— Просто баба из верви за медом приходила, — зачем-то соврал Миронег, — да я еще не сбирал, сам потом отвезу.

— Шустрые здесь бабы, — кинула в воздух Услада, затворяя за собой дверь.

Вот те и скромница, долу очи опускающая.

— Зато девки рукастые, — крикнул в воздух Миронег, но не громко, что б в избе все ж не расслышали.

Он подошел к веревке, в отблесках заката напряг очи, покачал головой, покидал белье обратно в корзину, прихватил под мышку рубель и пошел к реке перестирывать.

Вершины деревьев еще красили лучи упавшего за горизонт солнца, а в прибрежных зарослях уже стоял плотный мрак. Река вбирала вечернюю прохладу, отдавая приятное тепло, под утро жди тумана. Миронег разложил на смятые камыши вещи и усердно принялся за работу. Ухо уловило всплеск весла, зоркий глаз приметил борющуюся с течением лодку. К пасеке плыл Радята. Ну, можно было догадаться, что старейшина до утра не дотерпит.

Миронег торопливо сгреб рубаху и поневу Услады в корзину и прикрыл своими портами.

— О-о, а я думал у него тут красотка какая обживается, а он сам себе порты стирает, — задорно поприветствовал дружка Радята. — Так нет, стало быть, девки?

Миронег разогнулся и помог причалить лодке.

— Нежка уж искать прибегала, — хмыкнул он, — никого не нашла. Дощаник украли, аспиды, и туеса твои в нем были. Уж прости, не доглядел, через пару дней мед начну сбирать, отдарюсь за потерю.