Книга Поезд в страшную сказку, страница 39 – Татьяна Луковская

Почти на ходу выпрыгнув из автомобиля, Варя бросила своему благодетелю: «Благодарю» и побежала по мраморным ступеням ко входу в гостиницу с громоздкой вывеской: «Центральная». В вычурном холле в стиле рококо с пухлыми амурчиками и кистями винограда по стенам к вновь вошедшей посетительнице лениво подошел портье.

— Чего изволите? — обвел он высокомерным взглядом скромное Варино пальтишко.

Варя протянула ему пришедшее на ее имя послание.

— Не могли бы вы доложить мадмуазель Козыревской, что я пришла.

— Вы — это кто? — усмехнулся портье.

— Госпожа Иванцова.

— Еще одна, — крикнул портье куда-то в открытый проем коридора.

— Так веди, — отозвались оттуда.

Варя, оставив в гардеробной пальто и полушалок, пошла за портье по красному бархатному ковру, с сожалением замечая, что от подошв ее ботинок остаются мокрые следы. На втором этаже пред украшенной резьбой из дубовых листьев дверью за номером десять на расставленных вдоль стен канапе уже сидели дамы разного возраста. Ну, конечно, можно было предположить, что на хорошую должность выстроится очередь из желающих. Эх, знать бы заранее, что здесь столько претенденток, можно было успеть добежать и своим ходом, не опускаясь до катания по городу со следователем. А еще обрезанная рекомендация осталась дома, как и диплом об окончании института. Глупая спешка. Вон та дама, в годах, держит целый веер бумаг, и у этой юной особы, чуть старше Вари, тоже в кулачке зажата свернутая трубочкой бумага, а у той чопорной барышни в костюме винного цвета на коленях лежит солидная кожаная папка. Им всем есть чем похвастаться и подтвердить свою компетентность. «День определенно не мой», — вздохнула Варя, усаживаясь в дальний угол.

Претенденток впускала и выпускала миниатюрная горничная в забавном чепце, провожая каждую гостью заученной фразой: «Доброго дня, сударыня. С вами свяжутся на днях». Это означало ни да, ни нет, и давало каждой надежду на заветное место. Чуть позже явилась еще одна девица чахоточного вида с черными тенями под глазами и зеленоватым оттенком кожи. Грудь ее вздымалась от тяжелого дыхания после быстрой ходьбы, видно, ее на автомобилях никто не подвозил. Новая претендентка полным тоски и отчаянья взглядом обвела собравшихся дам и, подобрав забрызганную грязью юбку, уселась на канапе рядом с Варей.

— Как там? — указала новая соседка на резную дверь.

— Не знаю, — пожала Варя плечами.

— Мне очень нужна эта работа, вы не могли бы мне уступить? — неожиданно обратилась она к собравшимся.

— Какая наглость, — фыркнула дама в винном костюме.

— Отчего же наглость, ежели я в отчаянном положении, — жалобно проговорила чахоточная девица. — У меня отец при смерти, за гимназию братцу нечем платить… и собака захромала.

Но ей никто больше ничего не ответил, показывая всем видом, что их не разжалобить.

— Хорошая такая собака, лапу давала, — со слезами на глазах обратилась девица к Варе, заметив только в ее очах сочувствие.

— Ну, хотите, я вас пропущу вперед, — решилась Варя на благородный жест.

— А не могли бы вы вообще туда не ходить, — уцепилась девица за Варин локоть.

И что на это ответить?

— Идите первая, — повторила Варя свое предложение.

Девица обиженно поджала тонкие губы и отвернулась от жестокосердной соседки. И чего обижаться, все равно ни ей, ни Варе не обойти этих солидных претенденток с рекомендациями.