Книга Поезд в страшную сказку, страница 149 – Татьяна Луковская

Она засуетилась у стола. Перекусив картошкой и парой баранок, запив отваром душицы, надерганной из пучка над печкой, влюбленные отправились в баню. Как и в прошлый раз вымыться в Верхневельтской степенно, без суеты, не получилось, надо было спешить, слишком много дел следовало провернуть в короткий световой день.

Левонтий, просушив волосы рушником и облачившись в нарядную косоворотку, отправился умасливать священника, чтобы завтра пара смогла обвенчаться. Варя осталась варить гороховую кашу на обед и ждать его возвращения. После обеда старик-кочегар обещался сводить их на кладбище.

Время уходило, часов не было, но по ощущениям прошло уж не меньше трех часов, может, и больше, а Левонтий все не возвращался. Варя успела натаскать воды из колодца, промыть пол и протереть пыль, нагрела воду в большом чугуне для стирки. «Чужая одежда — хорошо, а свою в порядок привести все ж не помешает. Почему же он все не возвращается? Что могло случится?» Без своего Левы она чувствовала себя беззащитной, возвращались казавшиеся рядом с ним пустыми страхи, а мир становился равнодушным и враждебным. Пусть вернется с любыми новостями, не сладится с венчанием здесь, поженятся дома, велика ли потеря. Конечно хотелось предстать пред строгим оком тетушки уже мужем и женой, но нет так нет.

Свет за окошком потускнел, вечерело. Не выдержав, Варя завернулась в шубу, накинула на голову полушалок и вышла на крыльцо, собираясь идти разыскивать запропастившегося жениха.

— Я вернулся, — поднимался к ней навстречу Левонтий.

— Что ж так долго? — подлетела к нему Варя, стараясь по выражению лица определить, какие вести он принес.

— Завтра повенчают и у сына Митрича в избе посидим отметим, потом чуть передохнем и на станцию, в четыре утра поезд. Еды нам с собой дадут, я со всеми расплатился, осталось пятнадцать копеек, — торопливо отчитался он. — Готова?

— К чему? — опешила Варя.

— На кладбище идти.

— А дедушка-кочегар?

— Он мне рассказал, где искать, думаю, и сами отыскать сможем.

Левонтий начал спускаться, предлагая Варе последовать за собой.

— Подожди, а обед… каша, — обернулась Варя на дверь.

— Потом, надо идти, а то темнеет.

Они вышли со двора и, завернув к лесу, побрели по припорошенной снегом тропе.

— А почему ты так долго не возвращался? — напомнила Варя.

— Этот дурень, смотритель, уж растрепал, что ты дочка горнозаводчика. Священник ни в какую не хотел венчать. Уж я и так и эдак вкруг него вился, а он знай твердит: «Без благословения родительского не могу, пусть сперва у родителя благословение испросит». Я ему говорю: «Родители умерли, некому благословлять, сирота», а он: «В Вельтске пусть повенчают, в своем приходе». Боятся здесь все самозванца, даже мертвого.

— И как же тогда венчаться?

— Как положено, с кольцами. Смотри, — Левонтий остановился и зашарил за пазухой. — Вот, — показал ладонь, на ней лежали два простеньких медных кольца — побольше и поменьше.

— Красивые какие, — бережно погладила Варя холодную медь.

— В церковной лавке купил. В общем пришлось мне в кочегарку идти за Митричем, чтобы тот пересказал отцу Мефодию все, что нам рассказывал, да еще побожиться, что самозванца в живых нет. Вроде сговорились. Кстати, добрая хозяюшка гостиницы у церкви меня перехватывала, крепко извинялась за недоразумение, просила к ней переселяться, еле отбился. Верно, ей муженек тоже про твои наследные миллионы напел.