Книга Возврату не подлежит, страница 19 – Таша Алферьева

Пилотом я не была, прежде за штурвалом звездолёта никогда не сидела, но рассчитывала в случае необходимости стартовать и выйти на орбиту при помощи корабельного искина.

Кай обошёл «Кошмарика» по кругу. Я присела на корточки возле одной из стояночных опор катера в ожидании, что будет дальше.

Наконец ботинки киборга замерли в полуметре передо мной.

— Идём наверх.

Я удивлённо вскинула голову. Почему-то мне казалось, что рыжий не будет откладывать побег в долгий ящик и улетит прямо сейчас.

— Согласно чек-листу, все системы маяка работают нормально, я проверил. Тебе надо хорошо отдохнуть.

— Но… — я вскочила и с изумлением посмотрела в голубые глаза. — Ты остаёшься?

— Мне потребуется время, чтобы собраться, — резонно заметил киборг. — И при этом не оставить тебя жить впроголодь.

— То есть, — я прикинула в уме. — Ты дождёшься следующей поставки?

— Пока не знаю, — уклончиво ответил Кайл.

— А какие могут быть ещё варианты? — хмыкнула я. — Рассчитывать на рыбалку или охоту в этом месте не приходится.

— Например, забрать тебя с собой.

Мне показалось или в голосе рыжего появилось лёгкое раздражение? Неужели я умудрилась даже киборга допечь своей дотошностью и упрямством?

— Ты отличный технический специалист. Пригодишься.

С этими словами Кайл развернулся и пошёл в сторону выхода. Поколебавшись несколько секунд, поплелась следом. Честно говоря, я действительно зверски устала во время устранения аварии. Тело казалось ватным, а в голове стоял туман. Ещё разборки эти вконец доконали. Да пусть делает что хочет! Улетает. Забирает меня с собой. Думаю, участь быть похищенной киборгом ничуть не хуже, чем оставаться одиноким смотрителем затерянного в космическом пространстве маяка. Подозреваю, основные «каналы» связи уже давно идут в обход этой развалюхи. Единственное, для чего ЗК-7 исправно служит, так это для ориентирования космических кораблей при выходе из гиперпространства. Где-то на орбите Криос-4 болтается автоматическая гасилка прыжковых двигателей.

А ведь папа с мамой давно мечтают, чтобы я нашла себе мужчину. Совершенно необязательно говорить им, что это киборг. У каждого — свои недостатки.

Поднявшись в «берлогу», я упрямо просмотрела системный отчёт и только потом отправилась отдыхать. Кайл остался сидеть в кресле у окна. Уже проваливаясь в забытьё, я вспомнила о необходимости расконсервации второго жилого отсека. Интересно, после всего что случилось, рыжий снова как ни в чём не бывало завалится ко мне под бочок?

Следующим утром мы проснулись в обнимку. Однако на этот раз я не спешила возмущаться. Вместо этого решила насладиться текущим моментом.

Вообще спать с кем-то в одной постели для меня, родившейся в многодетной семье, делом было привычным. Милана — одна из моих старших сестёр — жутко боялась грозы и, несмотря на то что в одной комнате с ней проживали ещё две девчонки, волокла меня в свою кровать, как только начинали сгущаться тучи.

Сама я с младенческого возраста и лет до трёх ночевала в спальне родителей, являясь для них естественным контрацептивом. Последние роды у мамы, несмотря на достижения современной медицины, случились очень тяжёлыми, да и я, как лялька, оказалась отнюдь не подарком: у меня постоянно что-то болело, из-за чего я громогласно ревела, путала день и ночь, срыгивала фонтаном, стоило после кормления спустить меня с рук. Ну и до кучи прочие ужасы проблемного новорождённого ребёнка, после которого заречёшься заводить ещё одного и уж тем более восемнадцатого. Родители, впрочем, и не собирались, поэтому я стала яркой точкой в завершении их блестящей карьеры на поприще повышения рождаемости.