Книга Возврату не подлежит, страница 12 – Таша Алферьева

— Спасибо. — Стекло шлема окончательно запотело.

— Спускаемся, — бесстрастно ответил Кайл.

Он как будто бы переключился в особый режим, в котором потерял свою прежнюю «человечность»: полное отсутствие эмоций, минимум слов. Вместо того, чтобы подцепить обратно к поручню, киборг ловко примотал меня к своей спине и со скоростью белки устремился вниз. Мне только и оставалось, что болтаться у него на закорках, замирая от ужаса и дрожа от холода, что стремительно проникал внутрь скафандра и становился всё более нестерпимым. К концу спуска рук и ног я уже не чувствовала.

Очутившись внутри, Кайл первым делом разоблачился сам, а потом начал быстро, но аккуратно избавлять меня от промёрзшего насквозь скафандра. Его прикосновения казались мне чересчур горячими.

— Гипотермия начальной стадии, — диагностировал киборг, когда я осталась в одном лишь термобелье. Он, кстати, тоже.

Подхватив меня на руки и крепко прижав к своей груди — тёплой как исправно работающая отопительная панель, Кайл направился к лифту.

Я молчала, поскольку зуб на зуб по-прежнему не попадал и было попросту страшно откусить себе язык. Однако, когда мы оказались в жилом отсеке, попыталась снова начать командовать:

— В шкафу на верхней полке есть термоодеяло. Дай мне его.

Киборг и не подумал подчиняться. Положив меня на кровать, он вдруг стал раздеваться. Я, до сих пор не успевшая прийти в себя после происшествия снаружи, молча наблюдала за непрошенным стриптизом, и лишь когда оставшийся в одном нижнем белье Кайл наклонился и начал стягивать одежду с меня, вяло запротестовала:

— Ты чего? Не трогай…

Сил не осталось даже на то, чтобы громко возмутиться, тем более их не хватило оттолкнуть от себя эту рыжую скотину, явно решившую воспользоваться ситуацией и показать временной хозяйке весь спектр своих способностей, которые глупая женщина почему-то ни в какую не желала тестировать.

Ох… О чём я только думаю? Видимо, мозги окоченели вместе с телом.

Мрр… Тепло.

Сама не заметила, как оказалась крепко прижата к горячей мужской груди. Кожа к коже, не считая нижнего белья. Похоже, Кайл решил стать моим живым термоодеялом, не забыв сверху прикрыть нас обычным. И я сдалась в плен его деликатной заботы. Перестала дрожать, разомлела, а потом и вовсе задремала, уткнувшись в мужскую подмышку. И плевать, что она пахла потом. Этот запах нисколько не раздражал, напротив подсознательно успокаивал, убеждая, что рядом со мной лежит прежде всего человек, а не машина. Сквозь сон я чувствовала, как этот самый человек осторожно гладит меня по спине, ощущала его тёплое дыхание у себя на макушке. А потом и вовсе в голову пришла крамольная мысль: «Как же всё-таки хорошо, что я теперь не одна. Хочу оставить его себе».

Проснулась я одна и, кажется, довольно поздним вечером. В отсеке было темно. Всё тело отзывалось лёгкой ломотой, но больной я себя при этом не чувствовала, значит обойдётся без кашля и соплей. Отлично. Ещё бы вернуть под бок живую грелку, с которой так уютно спится. Вернее, узнать, куда запропастился и чем в данный момент занимается мой рыжий спаситель.

Закутавшись в одеяло, я выбралась из кровати-капсулы и босиком прошлёпала к источнику хоть какого-то освещения — окну, возле которого и обнаружила сидящего в кресле Кайла.