Онлайн книга «По всем кругам... Ада...»
|
Вздрагиваю. Я никогда не принимала наркотики! — Я никогда не… Резко обрываю себя. Но ведь я не помню те несколько недель. А в крови были обнаружены запрещённые вещества. В момент аварии я была под кайфом. — Я не знаю… Он пристально смотрит на меня, затем переводит взгляд на дорогу. Резко останавливается на обочине. — Ты хотела сказать сначала, что никогда не принимала наркотики? — резко спросил он. Нервно сглатываю и киваю. — Несколько недель до аварии и после я совершенно не помню. Но я знаю, по своей воле я никогда бы не стала пробовать эту дрянь… ДАНАЙ Закрываю глаза и глубоко вдыхаю. Эти её слова сеют во мне зерно сомнений. Или я таким образом ищу оправдание для неё??! Я хочу её оправдать?? Почему? Раздражаюсь ещё больше. Неужели я готов поверить ей? Поверить во что?? Приехав домой, не нахожу себе места. Вызываю начальника охраны в свой кабинет. — Подними дело Лиоры, — говорю ему. — Для чего? Мы же тщательно проверили всё тогда, почти пять лет назад. Знаю, что дотошный Виктор прав. Но что-то внутри не даёт мне покоя. То чувство, что испытываю к Лиоре. Беспокойство за неё. Наконец я понял, что больше не могу это отрицать. Отныне я всегда буду беспокоиться о ней. — Хорошо. Не сомневайся, я перепроверю ещё раз, — ответил Виктор. Провожу его до входной двери. — Марта, — окликаю горничную, — передай моей жене, чтобы к вечеру была готова. Мы едем на ужин в ресторан. Девушка кивает и отправляется исполнять распоряжение. ЛИОРА Сижу рядом с Данаем в дорогом ресторане и не могу проглотить ни кусочка. Мой прекрасный аппетит, не пропавший даже в тюрьме, теперь подводит меня уже несколько недель. Не хочу есть. Не хочу быть здесь. Не хочу сидеть рядом с НИМ! Чувствую, как руки сначала дрожат, а затем словно немеют. Что происходит с моим организмом?! Опускаю руки на колени и принимаюсь растирать одну другой. Замечаю напряжённый взгляд Даная. Он постоянно наблюдает за мной. От него никуда не укрыться. Он хочет, чтобы я не жила, существовала, страдала. Это ему доставляет ему удовольствие. И у него это отлично получается. Но я не буду показывать ему свой страх, свою боль. Лучшая позиция — отстранение. Хотя бы так я смогу немного защититься… — Ешь, — приказывает он. Вижу, что начинает злиться. Неподчинение — наказание. Кажется, у меня уже выработался рефлекс, как у собаки Павлова. Пересиливаю себя и принимаюсь за еду. Рядом с нашим столиком вдруг проходит стайка роскошных девиц в шикарных дорогих платьях. Садятся за столик напротив. Одна из них, самая красивая брюнетка, садится прямо напротив меня и, первые несколько секунд, прожигает взглядом спину Даная. Затем переводит свой насмешливо-презрительный взгляд на меня. Утыкаюсь взглядом в тарелку. У меня нет сил реагировать на каких-то мажористых девиц. — Я в дамскую комнату, — говорю Данаю, поднимаясь. Кажется, ещё немного и вся еда, что я с трудом запихнула в себя, выйдет наружу. И оказываюсь права, в туалете меня знатно так прополаскивает. Я уже умывала лицо, когда дверь соседней кабинки распахнулась и оттуда вышла эта брюнетка. Когда она вошла, я не слышала. Мне явно было не до этого. — Тебе плохо? — спросила она своим бархатным голосом. Вся такая лощено — идеальная. И даже голос идеальный. — Извини, я слышала, как тебя тошнило. |