Книга Загадочное происшествие в Мидлшире, страница 25 – Дарья Эпштейн

Щелк! Ричард взглянул на дисплей, кивнул и переместился к другому краю. Сонни и Дропс наблюдали за ним, стоя у стены. Сегодня было пасмурно, и свет, проникающий через окно кабинета, был серым и только подчеркивал тени. Ярко освещенный стол и вьющийся возле него Ричард будили в памяти древние языческие ритуалы, какими их показывали в театре, когда Дропс был еще молод. Длинная коса Сьюзан, подсвеченная снизу, только усиливала это впечатление, а короткие, выбившиеся из прически волоски образовывали вокруг ее головы сияющий ореол. Жрица, требующая правды у самих богов, подумал редактор и решил сохранить эту мысль для какого-нибудь подходящего случая.

Но вот Ричард закончил ритуальную пляску и уселся за ноутбук. Дропс любезно предоставил фотографу кресло, а сам встал у него за плечом, наблюдая за процессом. Теперь началась настоящая магия. Курсор летал по экрану, и фотография постепенно менялась. Прежде всего Ричард сделал ее черно-белой, и буквы почти полностью пропали. Но вот он подкрутил контраст и яркость, и они появились вновь, куда более четкие, чем раньше.

— «Предатель! — прочел Сонни. — Для тебя нет ничего святого и неприкосновенного. Ты явился, чтобы отобрать у меня все. Ты не насытился деньгами и должностями, ты, грязная бесстыжая…», — так, тут непонятно… «сожрать и мою душу». — Э-э-э… Здесь можно что-то сделать? Нет? Ладно, дальше… «Принадлежало лишь мне. Не… не справляюсь? А нет, не сломаюсь. Оставляю… Ты найдешь их… Да где же? Пятно… позор… Прощай». — Подписи нет.

Они помолчали.

— Тот, кто это писал, был абсолютно уверен, что адресат догадается, от кого записка, — сказала Сьюзан. — Знаете, это очень похоже на предсмертное письмо сумасшедшего.

— Или того, кого довели до сумасшествия, — согласился Дропс. — Например, обанкротили. Или лишили имущества обманным путем.

— Деньги и должности… — протянул Сонни. — Мне кажется, это, скорее, про бизнес.

— Да, но… Что такое ты можешь оставить тому, кто у тебя все отобрал? — протянула Сьюзан. — И зачем?

Дропс громко хлопнул в ладоши.

— Ну что ж! Вам всего-то и нужно, что проверить обанкротившихся или обманутых дельцов двухсотлетней давности. Не о чем говорить!

— Столетней давности, мистер Дропс, — поправила его Сьюзан.

Он повернулся к ней, изогнув дугой косматую бровь.

— Лодка? — спросил Дропс.

— Лодка, — озадаченно подтвердила Сьюзан.

Сонни заржал. Можно было бы сказать, что он засмеялся, но этот звук походил именно на ржание, причем нескольких коней сразу. Сьюзан толкнула его локтем в бок. Дропс уселся за стол и принялся перекладывать на нем бумаги, которые лежали там примерно всегда и служили, похоже, только для перекладывания.

— Ну, что вы встали? Идите, работайте! Кстати, Сьюзан, организуйте мне интервью с мистером Стивеном Си. Люди хотят знать, что происходит в замке.

Тетушка Белла прогуливалась по деревне. Она оставила дома свой вишневого цвета пуховик и шляпку с перьями, выбрав вместо них одну из теплых курток Виктора и простой вязаный берет. Сегодня ей хотелось быть незаметной и очень, очень медленной.

В крошечной кофейне, состоящей из одного столика и прилавка, заставленного коробками с печеньем, тетушка взяла себе стаканчик некрепкого латте. Не то чтобы ей так уж хотелось кофе, но он согревал ладони, а это было из тех уютных ощущений, что помогали прогнать серую тоску.