Книга Вдыхая тень зверя, страница 235 – Евгения Якушина

— Меня зовут Товарищ! — ответ прозвучал так же резко и сухо, как щелкнул взведенный одновременно с этим курок.

Дуло револьвера, наращенное широкой стальной трубкой глушителя, холодно и неподвижно смотрело Горбылеву в лицо, но еще более холодным и неподвижным был взгляд бесстрастно взирающих на него зеленоватых глаз.

Так может смотреть только машина для убийства.

У Александра Федоровича пересохло во рту и зашумело в ушах. На мгновение ему подумалось, что он спит и видит кошмарный сон, но тут автомобиль тряхнуло на кочке, и начальник особо секретного отдела, не удержавшись, больно стукнулся локтем о дверцу. Во сне больно ему никогда не бывало. Значит, все происходило наяву.

— Откуда вы взялись? — не узнавая собственный голос, спросил Горбылев. — Что вам надо?!

Убийца не ответил, продолжая держать начальника особо секретного отдела на мушке.

— Остановите! — выкрикнул Александр Федорович.

Он и сам не смог бы ответить, что сделал бы, если машина по его приказу остановилась, но находиться в разогнавшемся до значительной скорости автомобиле вместе с одержимым убийцей было невыносимо жутко.

— Наберитесь терпения, Александр Федорович, через полчаса мы будем на месте, — не оборачиваясь, откликнулся шофер. — И не делайте глупостей. Одно неверное движение, и вы труп. Согласитесь, обидно умирать, когда вам светит повышение аж до заместителя начальника ВЧК.

Голос был Горбылеву знаком: автомобиль вел Руднев. Против всякой логики Александр Федорович испытал облегчение. Он понимал, что Руднев опасен, отчаянно озлоблен и наверняка намерен с ним поквитаться, но все же присутствие знакомого человека — пусть даже и врага — притупляло суеверный панический страх, захлестнувший Горбылева под равнодушно-жестоким взглядом демона-палача, вырвавшегося из-под власти своего повелителя.

Начальник особо секретного отдела несколько раз глубоко вздохнул, и мысли его потекли ровнее.

— Куда вы меня везете? — спросил он.

— Туда, где никто не помешает нашей беседе, — невозмутимо ответил Дмитрий Николаевич.

— Если через час машина не вернется в гараж и я не дам о себе знать, меня начнут искать.

— Тогда вам стоит, не откладывая, принять решение, хотите вы быть найденным живым или мертвым. Подумайте об этом как следует и не отвлекайте меня разговором. Мы едем достаточно быстро, чтобы разбиться насмерть, если я не справлюсь с управлением.

Автомобиль и впрямь мчался на такой скорости, на какой до этого Горбылеву ездить не приходилось. Менее чем через две минуты Мясницкая осталась позади. Они пересекли Садово-Спасскую и продолжали путь в сторону Каланчевки. Обогнув вокзалы через путаный лабиринт Басманских и Лефортовских улочек, выехали на Сокольническое шоссе, и вскоре свет фар уже вспарывал бархатную темноту сокольнических просек. Еще через пару минут автомобиль остановился у крыльца невзрачного дачного дома, окруженного пустырем, по внешней границе которого темнели глухие неприветливые заросли.

Руднев вышел из автомобиля и распахнул дверцу перед Горбылевым.

— Мы приехали. Выходите и держите руки на виду, — приказал он.

Александр Федорович медленно и неловко выбрался из машины. Убийца беззвучной тенью выскользнул вслед за ним, ни на мгновение не выпуская пленника из-под прицела.

Умело обыскав Горбылева и убедившись, что иного оружия, кроме нагана, оставленного вместе с портупеей на сиденье автомобиля, у начальника особого отдела нет, Дмитрий Николаевич провел Александра Федоровича в дом.