Книга Убийства в пляжных домиках, страница 67 – Питер Боланд

Фионе вспомнилась идея Фрэнка установить пропускные пункты.

— Слушайте, мы это все и так знаем. Расскажите что-нибудь новенькое. – Фиона вытащила флешку. – Или это отправится прямиком в полицию.

— Расскажи им, Себ, – толкнул приятеля Маркус.

— Рассказать нам что? – тут же уточнила Фиона.

Себ тяжело вздохнул и ухватился за края мягкого сиденья обеими руками.

Себ потянулся к столу и налил себе чашечку чая, который, должно быть, уже остыл – чайник простоял достаточно долго. Но Себ, не заботясь об этом, сделал большой глоток, выпив почти все, и только потом перевел дыхание.

— Мы с Малкольмом Крэйни были кузенами. Никто об этом не знает, потому что мы никому об этом не говорили.

— Он был вашим двоюродным братом? – Фиона заморгала, привыкая к новой информации. Вот об этом она не знала – как и все остальные, судя по всему.

Себ кивнул, допив последние капли чая, и поставил чашку обратно на блюдце.

Фиона, как и ее подруги, принесла свои соболезнования:

— Сочувствую вашей утрате.

— Не стоит. Никакой любви между нами не было. Мы поссорились. И вообще были в плохих отношениях. Когда моя мама умерла, она оставила свой дом в Саутборне Малкольму, а не мне. Ну то есть да, у нее еще и пляжный домик имелся здесь на косе, который унаследовал я. Тогда, в 80-х, пляжный домик на косе Мадфорд-Спит стоил гораздо дешевле, чем сейчас. А дом в городе стоил в четыре раза больше. Я тогда очень рассердился на нее: она выбрала Малкольма, а не меня, своего сына. И всегда так делала, пока мы росли. В ее глазах он был идеален, не мог сделать ничего плохого, потому что всегда был таким уравновешенным и добродушным, никогда не доставлял хлопот. Но вырос он бездельником и так ничего не достиг. Я пытался оспорить завещание, но это ничего мне не принесло, условия были четкими. Так или иначе, близкий друг рассказал, что есть способ обойти сумасшедшее решение моей матери. Малкольм никогда не умел обращаться с деньгами, они утекали у него из рук как вода. Он не знал ни как их заработать, ни как потом удержать. Вы слышали о том, что он чинил сломанные велосипеды и моторы лодок бесплатно?

Сыщицы кивнули.

Себ продолжил:

— А ведь он мог получать неплохой доход с этого. Зарабатывать на жизнь. Но у него не было деловой хватки вообще, поэтому он жил как нищий. К тому же его родители умерли много лет назад и оставили ему в наследство только долги. Этот друг семьи слышал, как моя мама говорила, что Малкольму дом нужен больше, чем мне, так как ходили слухи, будто у него есть внебрачный ребенок, сын. Она считала, что Малкольму нужен дом, если он захочет растить его.

Фиона лихорадочно записывала все в блокноте. Если у Малкольма был сын, он мог стать потенциальным подозреваемым. Наследник, даже незаконнорожденный, мог получить очень дорогостоящую собственность. А принимая во внимание детство без отца, ему было на что злиться. Фиона решила проверить теорию:

— Как часто они виделись с сыном?

— Как я сказал, это были лишь слухи. Я даже не уверен, существует этот сын или нет. В то время я вызвал Малкольма на разговор, но он отрицал, что у него есть ребенок. А потом заявил, что дом ему не нужен – слишком большая ответственность, хотя он его и любил. Видите ли, это был очень особенный дом и много значил и для других людей.