Книга Лягушачий король, страница 170 – Елена Михалкова

— Костик его подсунул, – засмеялась Элла, когда он спросил ее об этом. – У Костика с Марком был роман. – Лицо ее выразило брезгливость. – Марку потребовались деньги, и наш Волчок подогнал подходящего клиента. Демьян у нас мальчик обеспеченный. Жалко только, глупый. Ты бы стал выпускать книгу по воспоминаниям какой-то полоумной старухи?

— Если она хорошо помнила известных артистов своего времени – почему бы и нет?

Элла уставилась на него. От выпитого глаза у нее не помутнели, а засияли ярче.

— Да кому какое дело, что они там друг другу рассказывали? – четко выговорила она. – Они же все мертвые! Мертвые! Кому интересно, что они говорили!

Арендованная «Тойота» хорошо держала дорогу, несмотря на колею. На этот раз Сергей решил не связываться с таксистами и второй час спокойно ехал по хорошей трассе, разглядывая пейзажи и обдумывая, что ему предстоит.

Контраст с дорогой в Зеленец впечатлял. Здесь трава по обочинам была скошена, деревца стояли с побеленными стволами. Ни мусора, ни ям. Вдалеке выплывали и пропадали большие живописные села, и в приоткрытое окно ветер приносил сладковатый запах дыма – то ли жгли костры, то ли топили бани.

В середине пути Сергей остановился заправиться. Заодно и перекусил. Еда была такая, как он любил: много теста и мяса. Все сытное, вкусное. И сладости действительно… сладкие! В три раза слаще, чем все, что он ел в Москве.

Он ехал, зная, что невидимый клубок послушно катится перед ним, и ниточка зажата в его пальцах. Логически рассуждая, можно было обойтись и без сумасшедшего перелета в Сыктывкар. Он провел бы день в Казани, затем встретился бы с Леной.

Однако Бабкин знал, что без посещения родины Богуна ничего не получилось бы. Идея попросить о помощи казанскую профессоршу пришла к нему в самолете на обратном пути. А останься он в Казани, не пришла бы вовсе; Бабкин, собственно, в первый же день позабыл о существовании Тарбеевой и, как пить дать, не вспомнил бы.

Иногда, он знал, события как-то так увязываются друг с другом, так сцепляются петельками и крючочками, что одно тянет за собой другое, и нельзя безнаказанно вынуть из этой цепочки фрагмент, как нельзя убрать несколько штук из выставленных костяшек домино. Движение прекратится; нарушится правильный ход вещей. Он стал шариком, катившимся по лабиринту предметов. Иногда выпадали нелепые или странные, но не было ни одного лишнего.

Он ехал в Усть-Чекан, потому что побывал в Зеленце. Одно вытекало из другого.

Усть-Чекан и Вятку разделяло шесть километров. Бабкин решил, что когда закончит все дела в деревне, доедет до берега реки и предастся там… черт, надо все-таки вспомнить это японское слово. Очень трудно предаваться тому, чему не знаешь названия.

«Через полтора километра съезд», – предупредил навигатор. Дорога вела его сначала через перелесок, затем через широкое желто-зеленое поле кукурузы. Всякий раз, видя кукурузу, Сергей изумлялся, как ребенок, ее высоте. Он приоткрыл оба окна и под шуршание подсохших листьев, напоминающее дождь, выехал к Усть-Чекану.

Деревня встретила его разноголосицей. Вопили дети, беззлобно лаяли псы; длинноногие, точно балерины, белые куры вылетали из-под машины с кудахтаньем, хотя он тащился едва-едва. Проезжая мимо прогона, он заметил вдалеке леваду, в которой гуляли четыре крепких гнедых лошадки. Откуда-то доносилось противное блеянье коз. Бабкин не сомневался, что если покатается вокруг, где-нибудь в окрестностях обнаружит коровье стадо.