Книга Посмотри, отвернись, посмотри, страница 155 – Елена Михалкова

— Саша!

Она не отозвалась.

Зато откликнулся Антон.

— Эх, Поля-Поленька, – удрученно сказал он и присел передо мной на корточки. – Во что же ты, милая, ввязалась?

Он запыхался, щеки у него раскраснелись. Меня трясло крупной дрожью, но я вглядывалась в его лицо, пытаясь найти хоть какие-то признаки, что передо мной сумасшедший, – и не находила. Почему-то это было страшнее, чем связанные руки, чем обмякшая неподвижная Саша, чем тело с окровавленным затылком, лежащее в дверном проеме. Никакой определенности, никаких простых ярлыков, которыми можно пригвоздить Антона к картонке с подписью: «психопат». Это был все тот же парень, за которого я вышла замуж. Милый, заботливый, добрый. Такой заботливый, что тихий утешительный голосок в моей голове забормотал: все происходящее – розыгрыш. Глуповатый и жестокий – но и только. Пока я смотрела на Антона, у меня почти получалось в это поверить. Но затем я перевела взгляд на второго человека, и места для утешительного самообмана не осталось.

Тот наблюдал за мной от окна, скривив губы. В руке у него была длинная веревочная петля с крупными, равномерно вспухшими узлами. Странно осознавать, что меня, как лошадь, остановили арканом.

Вот для чего Антону понадобилось еще пятьдесят тысяч. На билет и гостиницу.

— Когда ты догадался? – Мне хотелось спрашивать о несущественном. – Слушай, можно мне руки немного ослабить? Больно очень.

— Нельзя. Сама виновата. Когда догадался? Ну-у-у, начал что-то соображать, когда ты спрятала чашку. А потом засек тебя с зажигалкой, и тут уже все стало ясно. Блин, Полинка, ну вот правда – зачем? Все ж хорошо было.

— Хорошо?! – Я подалась к нему, забыв про боль. – Ты убить меня собирался! И Эмму тоже!

Поразительно, но этого Антон не ожидал. Лицо его от удивления поглупело и вытянулось.

— Дура ты тупая, – неприязненно сказал он и встал.

Я смотрела на него снизу вверх. Солнечные лучи сквозь отверстие в проломленной крыше падали сзади и чуть сбоку, часть его лица оставалась в тени, а по освещенной половине то и дело пробегала рябь от качающихся ветвей хилого деревца, проросшего на кровле. Но эта игра светотени что-то изменила в его чертах, словно бы сдвинула их – буквально на микрон, и этого оказалось достаточно.

Передо мной стоял не сумасшедший, нет. Обычный мужчина: неумный, хитрый, жестокий, лживый и бесконечно жадный. Самоуверенный. Удачливый. Невероятно обаятельный. На этом – все. Ничего сверхъестественного. Не существовало никакой твари, управляющей им изнутри. Если в нем что и было, так это пустота.

«Он просто дрянной, гнилой человек», – ясно осознала я.

И всегда был таким. Ему оказалось нетрудно обмануть меня не потому, что я была доверчивой дурой, а потому, что только это он и умел делать хорошо. Его не раскусила даже Ксения, вылепленная из одного с ним теста.

До тех пор, пока образ Антона двоился, пока я не могла ухватить его суть, во мне колотилась паника. Но стоило увидеть его настоящего, на меня снизошло странное спокойствие, и стало очевидно все, что случится дальше.

Антон не станет никого мучить. Он всего лишь нас убьет. Непонятно, почему мы с Сашей до сих пор живы.

Они пришли сюда вдвоем. Пока мы сосредоточились на экранах телефонов, боясь пропустить нападение на Сашу, нас вырубили по очереди. В ту минуту, когда Антон лез через подоконник, Сашин сообщник уже валялся с размозженной головой. А я была так поглощена происходящим, что пропустила шаги за спиной.