Книга Колодец и бабочка, страница 93 – Елена Михалкова

— Вы знаете клиники, где Олеся лечилась после запоев?

— Да всегда в одной и той же, на Шаболовке.

Бабкин сделал пометку: проверить клинику.

— Когда в последний раз у нее был такой отдых? – спросил Макар.

Сергей отметил, как старательно Илюшин избегает слова «запой».

— Три месяца назад, весной.

— Вчера, прежде чем уехать, Олеся сказала вам что-нибудь еще? Ни о чем не предупреждала?

— Да какое там! Слетела с крыльца, чисто Золушка с бала, чуть туфлю не потеряла! Шмыг в такси – и укатила! На меня – ноль внимания. А мне теперь это все расхлебывай…

Макар задумался о чем-то, барабаня по подлокотнику.

— Вы здесь случайно кота рыжего не встречали? – перехватил инициативу Сергей. – Без глаза и с одним ухом?

— Какого еще кота? – враждебно спросила женщина. – Во дворе, что ли?

— Сама Олеся не привозила такого?

— С какой радости? – удивилась Ирина.

— Ну вдруг… – неопределенно ответил Сергей. – И в разговорах не упоминала про кота?

— Да что ты привязался со своим котом? – рассердилась она. – Вот заладил глупость. Отродясь не водилось тут ни кошек, ни собак, ни тараканов.

Илюшин очнулся от размышлений:

— Ирина Алексеевна, посмотрите, пожалуйста: кто-нибудь из этих людей вам знаком?

Он открыл фотографии на смартфоне и быстро пролистал в начало папки. Бабкин узнал участников «Тук-тука». Илюшин успел незаметно сфотографировать всех, и только у Эльзы Страут лицо было не в фокусе: она отвернулась, и в кадре осталась размытая щека и разлетевшиеся волосы.

Макар протянул смартфон Ирине. Она с детским любопытством уставилась на снимки.

— Вроде бы никого не знаю… Эту не видала, этого тоже… Ой, а эту знаю! – Она обрадованно ткнула в снимок. – Ходила к Олесе два раза в неделю, как на массаж! Весь последний месяц!

Она вернула телефон, и сыщики переглянулись.

С фотографии смотрела Любовь Яровая.

1

На следующий день снова позвонила Татьяна. Спросила, не сможет ли Наталья Леонидовна заглянуть к маме, провести занятие. «По тем расценкам, которые вас устроят! В любой удобный день!» По виноватому Татьяниному голосу и не характерному для нее многословию Наташа поняла, что Татьяна очень смущена сценой, которую устроил ее муж, и пытается таким образом извиниться.

Наташа побаюкала в себе обиду. Подула на тлеющие огоньки, присмотрелась: разгорится злость или нет? Что-то слабенько прошипело, пыхнуло и затихло. И обижаться было глупо, и злиться не на что.

— Давайте сегодня, – предложила Наташа. – В четыре удобно?

Татьяна обрадовалась. Заверила, что они с мамой будут счастливы. Наташа понадеялась, что Татьяна не собирается приносить ей извинения лично – это было бы совсем уж странно. В конце концов, они не подруги.

Без десяти четыре она входила в квартиру Федосеевой.

Сюрприз номер раз: обе дочери ее ждали. Татьяна, помогая Наташе снять легкий плащик, ничего говорить не стала, только молча улыбнулась. Зато Алина принесла тапочки и, глядя с собачьей преданностью, шепнула: «Не забудьте, вы обещали с мамой поговорить!»

В Наташе глухо всколыхнулось раздражение. Что за назойливая дуреха… И откуда теперь ее мать достанет деньги – из лифчика?

Алина безмятежно плавала в дымном пространстве квартиры – на кухне что-то чадило из духовки, – появлялась то слева от Наташи, то справа со своей рассеянной улыбкой и внимательными глазами.