Книга Если вы меня слышите. Книга 1, страница 74 – Елена Михалкова

— Дай вспомнить… Дважды или трижды. Да, трижды: первый раз я его увидел мельком, когда заскочил к Яну за какой-то надобностью. Это было, наверно, месяца четыре назад. А второй и третий мы уже общались основательно: вместе ходили в зоопарк. Я, так получилось, зоопарки обожаю… – Илья широко улыбнулся и одним махом сбросил двадцать лет. – И Серафим от них тоже тащится. А Яну звери в клетках ну совершенно не в радость, он там тоскует, хотя фактами о животных его голова просто забита. Кладезь академических знаний.

«Зоопарк», – пометил Сергей. Надо спросить Боричева, не хотел ли его племянник побывать, например, в питерском зоопарке.

— Много времени вы там проводили?

— Даже не знаю… – Илья задумался. – В первый раз, наверное, часа два. Во второй раз я захватил камеру, хотел размеренно побродить, поснимать… Стекла везде бликуют, – с неожиданным раздражением сказал он. – Может быть, в тот день получилось дольше. Мы же еще в кафе зашли… Серафим объедался сахарной ватой. Такой хороший был день! И совсем недавно! – вырвалось у него.

Сергей подумал, что Серафим своим побегом ухитрился осквернить и это событие. Невозможно сохранить прежнюю непосредственную радость, когда происходит такое. Отныне все воспоминания с участием мальчика омрачены налетом горечи или страха. У Кармашева таких воспоминаний всего три. А сколько их у Боричева?

— Можешь вспомнить даты? – попросил он.

— Легко. Двадцатого сентября – первый поход. А второй… Господи, буквально недавно, кажется, что на днях… – Кармашев мучительно сморщился. – Щас, щас… восемнадцатого октября, – с облегчением выдохнул он.

Бабкин быстро прикинул в уме: получалось, что фотограф виделся с Серафимом всего за пять дней до побега. В нем снова всколыхнулись подозрения, затихшие было под влиянием мальчишеского обаяния фотографа в сочетании с его рассудительной, взвешенной манерой разговора.

— Изначально план был такой, – говорил Илья, не догадываясь, что его почти зачислили в педофилы, – встречаться раз в месяц, не манкировать. В ноябре Ян нацелился на Планетарий. До этого у них были театры, а я, во-первых, не любитель, а во-вторых… – Илья замялся.

— Во-вторых?..

Кармашев глубоко вздохнул.

— Я подметил нехорошую закономерность: мужики со временем теряют дружеские связи. Как раз когда я заскочил к Яну, до меня вдруг дошло, что мы уже год договариваемся о встрече, а увиделись только тогда, когда мне что-то понадобилось. О, вспомнил! Я у него забирал переходник к объективу. Ян когда-то увлекался фотографией, потом забросил. Так я о чем пытаюсь… Вроде все в делах, все заняты по уши, а потом ты поднимаешь голову, а тебе уже шестьдесят. Хорошо, если половину друзей не похоронил к этому времени. С каждым годом нужно прикладывать все больше усилий, чтобы поддерживать старую дружбу. Особенно если ты работоголик, как мы с Яном. Я тогда поставил перед собой что-то вроде челленджа. Осознанно выключаться из бесконечного процесса зарабатывания денег и делать перерыв.

— Это только с Яном ты себе такой план наметил? – спросил Сергей как бы между прочим.

Илья засмеялся:

— Ты что! У меня вот такенный список! Даже показать могу, он в телефоне. Просто к Яну, что скрывать, у меня имелся корыстный интерес. Он же налоговый консультант, аудитор. Полезный человек в хозяйстве! Не принимай это всерьез, я люблю Боричева и вне его профессии.