Книга Смерть идеальной женушки, страница 60 – Мэрион Чесни Гиббонс

— Заходите, – сказал он. – Я телевизор смотрю.

Хэмиш прошел в гостиную. Семейство Кеннеди расселось перед телевизором. Перед ними на кофейном столике стояла тарелка с карамельными кексами. С люстры свисала липучка для мух: она побурела, и мух на ней не было. Со второго этажа доносился бодрый стук печатной машинки Джона Паркера.

— Чем могу помочь?– спросил Пол, а затем взял кекс и засунул в рот целиком. Он не сводил глаз с экрана. Показывали «Закон Лос-Анджелеса»^[21].

— А я хотел спросить, не могу ли помочь вам, – сказал Хэмиш.

Пол ничего не ответил. Он взял еще один кекс и сел на стул рядом с семейкой Кеннеди, продолжая смотреть на экран.

Хэмиш решил, что если его так интересует телевизор, то можно считать, что от нервного срыва на похоронах он вполне оправился. Никто не заметил, как Хэмиш ушел.

Хэмиш приехал на ферму Иэна Ганна осмотреть развалины. Три четверти двухэтажного здания обрушилось, но один угол еще стоял – на потрескавшейся штукатурке еще остались клочки пестрых обоев.

Он неспешно расхаживал среди обломков, подсвечивая себе фонариком. Если и были доказательства, что Иэн помог зданию рухнуть, их явно похоронило под завалами. И вдруг он услышал тихий писк. Он направил луч фонарика вверх, на стропила. С них свисали вниз головой целые ряды пушистых маленьких зверюшек. Летучие мыши.

Он услышал шум двигателя, выключил фонарик и вышел обратно в поле. К нему приближался Иэн Ганн на бульдозере. Хэмиш возмутился. Иэн не имел права трогать здание без разрешения. Констебль сделал шаг вперед и поднял руку – и вдруг отчетливо вспомнил день, когда женщины вышли на протест. Он так и видел Трикси, предводительницу женщин – можно сказать, амазонок, – и как сияли от возбуждения ее глаза, слышал ее выговор кокни.

Бульдозер резко затормозил.

— Иэн, нельзя! – крикнул Хэмиш. – В уцелевшей части здания еще есть мыши. И тебе нельзя его сносить, пока нет разрешения.

Иэн посмотрел на него без выражения, будто не видел. Снова завел бульдозер.

— Стоять! – заорал Хэмиш, не трогаясь с места.

Бульдозер поехал прямо на него. Хэмиш выругался, отпрыгнул в сторону и, дождавшись, когда машина подъедет поближе, запрыгнул на него и выдернул ключи из зажигания. Иэн Ганн ударил его кулаком в лицо, отшвыривая в сторону. Хэмиш поднялся, запрыгнул обратно, схватил фермера за куртку и выдернул из кабины – так, что тот рухнул лицом в землю. Хэмиш надавил коленом фермеру на спину и надел на него наручники, пропуская мимо ушей потоки проклятий.

— А теперь вставай, – строго сказал Хэмиш.

Иэн нетвердо поднялся на ноги и опустил голову.

— Оставь меня в покое, Хэмиш, – устало сказал он. – Извини, что ударил, но ты сам, что ли, не понимаешь, что это все ерунда? Человеку нужна земля, а тут закон какой-то идиотский – нельзя, видите ли, надо охранять летучих вредителей. Моя земля – что хочу, то и делаю. Вот надо было этой суке влезть не в свое дело!

Хэмиш взглянул на Иэна. По-хорошему, его следовало арестовать, предъявить нападение на сотрудника полиции и всякие другие статьи. Тогда будет волокита с бумагами. Тогда будет суд. Тогда, возможно, Иэн сядет в тюрьму.

— Развернись, – скомандовал Хэмиш.

Он расстегнул наручники, убрал в карман, а затем снял фуражку, бросил на землю и встал в боевую стойку.