Книга Повелитель стали, страница 78 – Рейчел Шнайдер

Он явно не испытывает никаких угрызений совести из-за того, что ест с орудия убийства, и мы сидим в гробовой тишине, пока он заканчивает трапезу.

Я изо всех сил стараюсь не обращать внимания на голод, грызущий меня, надеясь, что плеск воды о борта лодки заглушает урчание в животе.

Мне кажется, я чувствую, как на нос падает капля воды, хотя на ощупь он остается сухим. Я закидываю голову и всматриваюсь в серое небо, но не вижу никаких признаков дождя. Должно быть, это была случайная капля океанской воды. Я возвращаюсь к своей задаче – притворяться, будто Экера не существует, когда снова чувствую каплю, теперь на руке. А затем на лбу.

Я моргаю под моросящим дождем. Экер тоже чувствует его и смотрит на небо, его глаза загораются, и он ухмыляется, когда наши взгляды встречаются. Не проходит и нескольких мгновений, как на нас обрушивается ливень и мы почти сразу промокаем до нитки. Я как завороженная наблюдаю, как вода стекает по мачте, затем по веревке и, наконец, оказывается в баке. Я открываю рот и с наслаждением ощущаю на языке нектар богов.

Когда я открываю глаза, Экер смотрит на меня. По его лицу невозможно понять, о чем он думает.

Дождь окутывает лодку пеленой, уменьшая видимость. Я беру восточнее, чтобы избежать шторма, лодка дает резкий крен набок, и ее нос поднимается над белыми барашками пены на волнах.

Румпель дергается в моих руках с каждым ударом волны, но мы долгое время продолжаем держаться того же курса. Это не так уж и плохо после нескольких дней почти полного штиля. Если мы сможем воспользоваться этим ветром, то быстро продвинемся вперед. Но едва я успеваю об этом подумать, как направление ветра меняется. И паруса, перестав раздуваться, обвисают, как мокрые шторы.

— Вот черт.

Экер подается вперед, чтобы перекричать шум дождя:

— Что случилось?

Я качаю головой, боясь озвучить это, будто так сделаю ситуацию хуже.

— Шторм поменял направление.

Теперь он движется прямо на нас. Лодка раскачивается из стороны в сторону, пока я стараюсь удержать руль.

— Может, нам лучше повернуть обратно? – спрашивает Экер. – И попытаться убежать от него?

Блю кричит и, поднявшись с мачты, летит прочь, спасаясь, перья раздуваются на ветру. Я недооценила силу шторма, потеряла бдительность из-за долгожданного дождя, неправильно истолковала признаки, и это может стоить нам жизни.

— Мы можем попробовать, – говорю я, встретившись с ним взглядом. Но, вероятно, уже слишком поздно.

Вокруг царит кромешная тьма. Я потеряла всякое представление о времени и направлении, потому что ничего не вижу. Ветер и волны безжалостно хлещут нас. Мы зависим исключительно от милости моря.

Мы упираемся ногами в противоположные борта, крепко держась друг за друга, ибо между нами установилось молчаливое соглашение – не потеряться в темноте. Мы противостоим шторму часами, которые кажутся бесконечными.

Время от времени океан словно исчезает, так что мы повисаем в воздухе, и мой желудок протестует. Вода перехлестывает через борт, но тут же выплескивается. Нам остается только держаться, чтобы она не унесла нас с собой.

Температура резко упала, и каждая захлестывающая лодку волна словно обдает наши дрожащие тела льдом. Если вода, скопившаяся внутри, не утянет нас на дно, то нас прикончит холод.