Книга Повелитель стали, страница 209 – Рейчел Шнайдер

— Бринн, нет, – говорит он, и взгляд его непреклонен. – Ты понятия не имеешь, на что он способен. Его называют Воином Хаоса. Он вполне может поддаться какому-нибудь безумному порыву, взявшемуся из ниоткуда, и убить тебя во сне.

— Он принц Кенты, – подчеркиваю я. – Он может доставить меня во дворец. Возможно, если я смогу достаточно близко подобраться к королю…

— Ты сможешь что? – резко спрашивает он. – Убить его? Эдмонда, самого могущественного правителя в истории?

— Я еще не пробудилась. Я могу обладать такой же магической силой, как и ты, и даже не подозревать об этом.

Он качает головой и отходит, уперев руки в бока.

— Он прибыл сюда лишь затем, чтобы отомстить за то, что произошло на Рынке. Взрыв должен был выглядеть как случайный инцидент, но он, должно быть, знает, что ты как-то связана с ним.

— Кей, он абсолютно уверен в моем полном неведении. Он считает, что твой отец всю мою жизнь манипулировал мной. Я могу воспользоваться этим в наших интересах.

Он опять качает головой.

— А как ты планируешь добраться до Кенты?

— Мы возьмем одну из рыбацких лодок.

Он фыркает.

— Никто никогда не переправлялся на таком маленьком суденышке через открытый океан. Ничего не выйдет.

— Ты не можешь знать этого наверняка.

— Если по такой лодке ударит волна чуть больше средней, ее корпус развалится. Это случается сплошь и рядом.

— Кей, – говорю я и позволяю упрямству проникнуть в мой голос. – Я не спрашиваю твоего разрешения.

Он поворачивается, смотрит на меня, и в его глазах отражается целая буря эмоций.

Гнев. Изумление. Но больше всего… душевная боль.

— Родители заставят меня жениться на ком-то другом.

Я опускаю взгляд, прежде чем набраться смелости и снова посмотреть ему в глаза.

— Я знаю.

Мой ответ обрушивается на него, как настоящий удар, прежде чем он скрывает лицо, отвернувшись и вздохнув.

— Ты не можешь отрицать, что это лучший шанс привести наше восстание к успеху, – говорю я, смягчив тон, пытаясь успокоить и задобрить его. – У нас скоро закончится еда, ведь доступ на Рынок нам закрыт, а теперь это произойдет еще раньше, ведь твой отец запретил рыбакам выходить в море из-за этого корабля из Кенты.

Ему хочется возразить, но он знает, что я права.

— Если люди будут думать, что тебя забрал принц Кенты, – говорит он неохотно, словно не желая заканчивать мысль, – это повергнет их в панику, поскольку они решат, что любой кента может пробраться в нашу рощу и похитить кого им заблагорассудится. Это может заставить отца задуматься о сотрудничестве с Руазоном, тем более что они неоднократно пытались привлечь нас на свою сторону.

Я не хочу высказывать сомнения вслух, поскольку мне необходимо, чтобы Кей думал, что это может сработать. Я не буду указывать ему, что люди не станут так сильно переживать из-за сироты-оборванки без роду без племени, как он думает. Ведь они никогда не считали меня своей.

— С Дюпре придется разобраться, – замечаю я.

Взгляд Кея из неуверенного становится задумчивым, и в нем проглядывает стратегически мыслящий предводитель повстанцев. Желание вернуть народ элэха на сушу для него важнее всего.

— И надо будет все подстроить так, чтобы убил его принц. – Он снова встречается со мной взглядом. – Но все это при условии, что он не заподозрит, что ты что-то замышляешь.