Книга Повелитель стали, страница 136 – Рейчел Шнайдер

— А мы не могли бы…

Не успеваю я закончить вопрос, как Экер спешивается одним быстрым плавным движением, и я следую его примеру, хотя и менее грациозно.

Я осторожно ступаю между цветами, легко касаясь их лепестков и упиваясь их шелковистостью. Самые высокие из них доходят мне до пояса. Пчелы и другие насекомые летают над ними туда-сюда, не обращая ни малейшего внимания на великана, вторгшегося в их владения.

По мере того, как я прохожу по этой долине все дальше, она расширяется с одной стороны, открывая вид на пологие зеленые холмы, которые вдали переходят в горы, упирающиеся в небо, скалистые и увенчанные снежными вершинами. Мир куда больше, чем я могла представить. От этого захватывает дух. Глаза наполняются слезами, пока я пытаюсь рассмотреть каждую деталь.

Мое внимание привлекает шелест травы – ко мне приближается Экер. В одной руке он держит сверток с едой, а в другой – бурдюк с водой.

— Я подумал, что мы могли бы перекусить, пока отдыхаем, – говорит он.

Я замечаю, как за его плечом сквозь узкий проход между скалами проезжают Бо и Холлис, и у обоих недовольные лица. Экер тоже видит их и тянет меня на землю, приложив палец к губам. Скрытые от их глаз, мы слышим, как они спорят о том, кто из них поедет сзади остаток пути. Бо спрашивает, где мы с Экером, но Холлис, должно быть, пропускает ее вопрос мимо ушей, поскольку воцаряется тишина, пока мы не слышим, как Бо говорит Холлису хрен тебе, когда тот просит поделиться с ним ее обедом.

Мы с Экером хихикаем. Он лежит на боку, опершись на локоть, и протягивает мне еду, завернутую в вощеную бумагу. Я сажусь, поджав под себя ноги, и разворачиваю…

И ахаю, увидев разрезанные ягоды и сыр.

— Я столько лет не ела клубники, – говорю я, взяв одну. Кисло-сладкий вкус поражает мои вкусовые рецепторы, и я съедаю кусочек сыра, чтобы смягчить его. – Где ты их взял?

Экер берет ягоду, кладет ее в рот и жует.

— Выменял их у одного воина. Его мать – элементаль, она обладает даром магии земли и присылает ему самые лучшие плоды.

— Ему повезло.

— И нам повезло, – отзывается он, беря еще.

Мы наслаждаемся едой и по очереди пьем воду из бурдюка. Мой взгляд устремляется на горы, виднеющиеся вдали, и я удивляюсь тому, что, просто глядя на них, чувствую, насколько там холоднее, чем тут.

— Я никогда не держала в руках снег.

Он смотрит туда же, куда и я.

— Держала. В детстве. Мэйли находится сразу за этими горами.

Они кажутся такими далекими и близкими одновременно. Я закупориваю бурдюк пробкой и, подняв взгляд, вижу, что Экер пристально смотрит на меня, и его глаза темны, как расплавленная руда. Он явно делает это намеренно, продолжая наблюдать за мной с расстояния.

— Ты собираешься опять вдеть кольцо в нос? – спрашиваю я, чтобы разрядить обстановку.

Я не знаю, вежливо ли об этом спрашивать, но, похоже, мой вопрос не удивляет и не задевает его.

— А по-твоему, мне стоило бы это сделать?

Я пожимаю плечами, делая вид, что мне нет до этого дела.

Он улыбается, но глаза остаются холодными.

— Может быть, я это сделаю.

Я понимаю, что нам не стоит впустую тратить световой день, но все равно ложусь рядом с ним, и он без слов вытягивает руку, чтобы я могла использовать ее как подушку. Я поворачиваюсь на бок, чтобы смотреть на него. Он делает то же самое, повернувшись ко мне. Я кладу голову на его предплечье, а другая его рука лежит на моей талии. Так мы спали на лодке, но почему-то на суше это кажется чем-то более интимным. Возможно, это потому, что теперь мне известно об Узах Сопряжения.