Книга Повелитель стали, страница 109 – Рейчел Шнайдер

— А ты бы хотела, чтобы я встал?

Меня так и тянет улыбнуться в ответ.

— Нет, если ты считаешь, что я реинкарнация той злой правительницы.

Он улыбается шире, но затем резко становится серьезным.

— Ты не реинкарнация, и ты точно не злая.

— Откуда ты знаешь?

— Просто знаю, и все.

Мы стоим совсем близко друг к другу, и до меня слишком поздно доходит, что я пялюсь на его губы. Щеки заливает жаркий румянец, когда я встречаюсь с ним взглядом и вижу, что он делает то же самое. Его взгляд перемещается от моего рта к глазам и обратно.

Он стряхивает с рук воду и убирает с моего лица упавшие пряди.

— Я верю, что ты принесешь людям мир.

Кучка земли, которую я собрала и утрамбовала, похожа на крохотную гору. Это напоминает мне учебу в начальной школе, когда нам рассказывали о горе Золлис – самой высокой точке мира, которая находится на границе Мэйли и на которой, по слухам, обитают магические существа. Я втыкаю лист в кучку, будто я первая, кто достиг вершины и заявил права на эту землю.

Почем знать? Быть может, эти существа и вправду там обитают, если учесть, что магия существует на самом деле. Она не просто существует где-то там – она живет во мне. Я считаюсь Наследницей, которую якобы создала Мать Природа.

Я сокрушаю горку земли ударом кулака.

— Чему ты улыбаешься? – спрашивает Экер.

Подняв взгляд, я осознаю, что действительно улыбаюсь, глядя, как он обходит наш лагерь по периметру. Он поднимает валяющиеся ветки и палки, оглядывает их, а затем раскладывает в одному ему известном порядке.

— Вспомнила, как тебя окружила группа медуз. – Он тогда плыл к лодке так быстро, словно у него отросли плавники.

— Оно входит в коллекцию твоих любимых воспоминаний?

Отряхнув руки от земли, я засовываю их под себя.

— Да, но не самое любимое.

Я успеваю заметить блеск его зубов, когда он безуспешно пытается скрыть улыбку. Должно быть, он считает периметр безопасным, поскольку приказывает мне оставаться на месте и исчезает в лесу.

Последние искорки дневного света угасают, так что полная луна теперь сияет во всей красе. Экер сказал, что костер привлечет внимание, но он ничего не говорил о магии.

Я поднимаю раскрытую ладонь. Сделав глубокий вдох, я представляю, что она светится, но ничего не происходит. Я закрываю глаза и ищу место, где, по словам Экера, живет магия, но ничего не нахожу. Открыв глаза, я хмурюсь, недовольно глядя на обычный цвет моей кожи.

Легкий ветерок застает меня врасплох, и я вздрагиваю. Вдруг меня окутывает тепло – это Экер накинул одеяло на мои плечи.

— Это Темный Лес, – говорит он. – Мы совсем рядом с его границей.

Видимо, этот лес и тролли – общеизвестные факты, которые большинству людей не надо объяснять. Экер садится на подстилку, опершись предплечьем на колено, и перебирает запасы еды.

— Это участок леса на ничейной земле между границами Кенты и Руазона. – На руках Экера выступает гусиная кожа. – Он чует, что мы рядом.

— Ты что, пытаешься напугать меня?

Он перебирает сухофрукты и ягоды, пока не находит то, что приходится ему по вкусу. Я не могу оторваться от мышц и сухожилий его предплечий, натренированных до совершенства.

— Тебе ничего не грозит, пока ты не зайдешь туда.

Я ничего не могу с собой поделать и спрашиваю:

— А если зайду?

Он разгрызает пару орехов.