Книга На перепутье. Даард, страница 98 – Ника Летта

Сначала оно дрожало от страха и боли. Потом — от странного жара. А затем вообще перестало понимать разницу. Вода вокруг них была горячей, но его дыхание казалось горячее. Камень под ладонями был твёрдым, но его пальцы держали крепче. И когда он, в конце ритуала, прокусил себе палец и поставил кровавую точку ей на лоб, Аширо не почувствовала себя использованной.

Это и пугало. Она должна была чувствовать отвращение. Злость. Оскорбление.

Вместо этого лежала в темноте, вспоминала, как чёрная вязь легла поверх драконьей печати, и никак не могла выгнать из памяти одно ощущение: впервые чужое прикосновение не требовало от неё исчезнуть внутри себя.

Дверь открылась без стука. Стражи снаружи даже не шевельнулись. Значит, знали, кто входит.

Аширо повернула голову. Советник остановился у порога. Волосы действительно стали длиннее — чёрной тяжёлой волной лежали по спине. На висках и скулах стало меньше чешуи и лицо уже выглядело иначе. Чётче. Жёстче. И, шарх бы его побрал, красивее.

Зверь старался. Аширо тут же разозлилась на себя за эту мысль.

— Не спишшшь, — сказал он.

— После вашего ритуала это претензия? — вскинула колючки она.

— Наблюдение.

— Наблюдайте молча. — на эту ее браваду угол его губ дрогнул, почти незаметно.

Он скользнул внутрь, прикрыл дверь хвостом и остановился в нескольких шагах от постели. Не приблизился сразу, это тоже было новым. После источника расстояние между ними стало почему-то заметнее.

— Через неделю в Саваше будет съезд змайсовских ромов.

Аширо медленно села. Плащ, который Лира упрямо оставила у изголовья, соскользнул ей на колени.

— В родовом гнезде Маарц?

— Да.

— Значит, ваш отец признал вас дееспособным.

— Пока.

— Поздравляю.

— Не спешшши. — Даард подошёл к столу и положил на него тонкую восковую дощечку.

— Завтра прибудет храмовый представитель.

Аширо замерла, вот это оказалось тяжелее, чем новость о съезде. Храм. Слово ударило глубже, чем она ожидала. Не потому, что она боялась богов. Богов она давно перестала бояться. Гораздо страшнее были те, кто говорил от их имени.

— Зачем?

— Разобраться с твоей брачной вязью. — печать под повязкой едва заметно кольнула кожу, будто услышала.

Аширо не двинулась.

— Без моего мужа?

— Поэтому и вызываю храмовника. — Даарж щелкнул пальцами и фонарь у кровати вспыхнул, освещая ее покои — Пусть объяснит, возможно ли это.

Она смотрела на него, не веря.

— Вы хотите разорвать брачный уз без присутствия дракона?

— Я хочу узнать, как отделить законные узы от незаконного поводка. — сказано это было так деловито, будто речь шла не о её жизни и браке, что годами называли её судьбой.

— Храм может отказать.

— Может.

— Драконы будут против. — и тут же уточнила — Мой род тоже.

— Несомненно.

— А если скажут, что без него невозможно? — надежда в ней боролась с подозрительностью

Даард посмотрел на неё прямо.

— Тогда найдём другой путь. — от этой просто фразы внутри что-то дрогнуло, почти больно.

Надежда всегда была худшей ловушкой. Её муж хорошо это знал. Сначала дать крошечную возможность. Потом отнять, а затем смотреть, как ты сама ползёшь обратно, потому что боль после надежды острее обычной боли.

Аширо заставила себя отвернуться.

— Зачем вы мне это говорите? — занавесь на окне колыхнулась от легкого ветра.