Книга Сердце сирены, страница 77 – Кэтрин Болфинч

— Разве тебе нужен повод, чтоб напиться? – рассмеялся Хорхе, поцеловав Анабель.

— Вот поживешь с мое, посмотрим, как будешь справляться.

— Он уже не справляется, – выдал Аарон.

— Вот-вот, – отозвалась Мартина и направилась в сторону столовой.

Анабель посадила Генри на пол и бросилась к подруге, едва сдерживая слезы. Генри с упорством маленького солдатика подполз к Луизе и ткнулся в ее ногу, просясь на руки. Лу с тихим вздохом опустилась вниз, поцеловала малыша и обняла его, скрывая желание разрыдаться.

Чем она заслужила гнев небес? Чем разозлила Бога? Почему жизнь каждый раз била ее об асфальт?

Я дернулся, чтобы помочь ей и забрать Генри, но, кажется, Аарон понял все без слов, поцеловал Лу в висок, помог подняться и взял малыша на руки. Они выглядели идеальной картинкой семьи: всегда великолепная Луиза, сильный Аарон и маленький человечек у него на руках. Аарон стал бы хорошим отцом, а Лу – мамой. Вот только в том и дело, что я смотрел на картинку. Почему-то у них забрали эту возможность, почему-то судьба посчитала их недостойными.

— Мартина сейчас всех нас отшлепает за такую задержку, – проговорил Хорхе, прижимая Анабель к себе так, будто она могла исчезнуть в любой момент, будто ему всегда требовалось подтверждение ее присутствия.

Я вспомнил об Элизабет. Она именно так и поступила. Исчезла.

— А ты только этого и ждешь, – хмыкнул Аарон, держа Генри одной рукой, а другой сжимая ладонь жены в поддерживающем жесте.

— Это скорее фантазия Роберта. – Отозвался Хорхе. Роберт удивленно поднял брови, явно не ожидая такой смелости.

— А ты в мои мысли не лезь, малец!

— Не хочу знать. – Аарон качнул головой и увел Луизу в сторону столовой. Я направился следом.

Мы давно не устраивали семейные вечера. Сейчас же тут собрались все, кого можно назвать близкими. Может быть, только Роберт вызывал вопросы.

Почти как Рождество.

Хотелось верить, что однажды рядом со мной окажется девушка, чью руку я буду сжимать под столом с уверенностью в том, что нам не придется однажды расстаться. Наверное, на Рождество стоит загадать такое желание.

Я сел рядом с сестрой. Мартина подняла бокал, когда все оказались на своих местах.

— Предлагаю тост за нашу прекрасную Луизу, мы все очень ждали твоего возвращения домой, – ласково проговорила женщина. Лу кивнула, расплываясь в улыбке, кажется, даже не наигранной.

Раздался звон бокалов, за ним послышался стук вилок о тарелки. Закатное солнце проникало в панорамные окна, окрашивая все вокруг в золотисто-розовые тона. Хорхе, как обычно, подшучивал, явно не стесняясь Роберта, который казался непривычно тихим. Маленький Генри вредничал, сидя на коленях матери. А мы обсуждали планы на будущее, старательно избегая тяжелых тем: неудавшейся свадьбы, детей, войны. На какой-то миг мы стали обычной семьей.

— Мне тоже есть что сказать, – вдруг поднялся Роберт. Аарон нахмурился, Лу растерянно захлопала ресницами, а все остальные замерли, уставившись на мужчину, столбом нависнувшим над столом. – Чего вы так испугались? – Роберт обвел всех взглядом и остановил его на Луизе. – Сегодня тебя приняли в клане. И сегодня я признаю тебя своей семьей. Знаю, что мои слова ничего не изменят, – он неловко отвел глаза. Никто и не думал, что Роберт Гонсалес может испытывать муки совести, но он все же проговорил: – Извини за все, что я наговорил и сделал, можешь считать, что старик тронулся умом.