Книга Хозяйка сада черных роз, страница 40 – Катерина Кавалье

— Почти приехали, – объявил он как-то особенно отстраненно.

Казентино сам договаривался с Антонио Скьяретта об этой встрече, и удивительно, как легко назначили дату и место. Кьяра не ожидала, что ее примут даже в доме, но семья славилась своей лояльностью к женщинам в целом. А как объяснил Нико позднее, еще и имела богатую историю взаимоотношений с Корсани.

Тем лучше, сейчас еще одна проблема не нужна. Доны не примут ее – ей придется заставить их бояться. Пусть смотрят издалека, не вмешиваясь, пока еще могут, но если война вспыхнет, то никаких нейтральных сторон не останется.

— Не делай глупостей, – предупредил Нико.

Он останется дожидаться их, как и всегда. Пока Кьяра не будет готова отдать его миру на растерзание. А ей уже казалось, что этот день сдвигался все дальше в календаре, учитывая все события.

— Это кому из нас двоих совет? – она перевела на него взгляд, смягчаясь.

— Обоим.

Справедливое замечание заставило ее дернуть уголком губ и кивнуть. Он и не представлял, какой целеустремленной и контролирующей она могла быть, чтобы достичь необходимого.

Огромная вилла встретила их теплыми огнями, несколькими уровнями проверок и охраны и, наконец, хозяевами на крыльце дома.

Антонио Скьяретта спустился навстречу, оставляя жену и обеих дочерей позади, – мужчина за пятьдесят, но держался так, будто ему было на десять лет меньше. Широкие плечи, седины в темных волосах ровно столько, чтобы выглядеть солидно. Дорогой костюм сидел на нем так естественно, как вторая кожа. Лицо приветливое, но глаза изучающие – он уже оценивал ее, пока шел вниз по ступеням, и Кьяра видела в этом взгляде расчет, любопытство и легкое недоверие, которое мужчины его возраста всегда испытывали к женщинам у власти.

— Синьора Корсани, – он протянул руку первым со сдержанной вежливой улыбкой. – Это честь для нас – принимать вас сегодня в нашем доме.

— Синьор Скьяретта, – она ответила ему тем же, чувствуя теплое дыхание на тыльной стороне своей ладони. – Благодарю вас за то, что согласились в такое непростое время.

— Прошу, chiamatemi Антонио. Я пока не настолько стар. – Он отпустил ее руку и жестом указал на крыльцо, где стояли три женщины. – Моя жена, Элена, и дочери – Амелия и Сиена.

Элена Скьяретта, очевидно, была той женщиной, которая знала свое место и никогда не забывала о нем – элегантная, с безупречной укладкой и жемчугами на шее. Когда улыбка уже натренированная, глаза пустые от многолетней покорности или, может быть, от того, что ей просто было все равно. Она кивнула Кьяре, но не спустилась с крыльца, оставаясь на шаг позади мужа, как и положено.

Что-то в этом вызвало вопрос: должна ли была и Кьяра однажды выглядеть подле Лучиано так же.

Амелия, старшая дочь, стояла рядом с матерью. Она была чуть старше самой Кьяры, двадцать пять или около того, со светлыми волосами, собранными в низкий пучок, и настороженным, даже острым взглядом. Она изучала Кьяру с тем же недоверием, что и отец, но без попытки это скрыть.

И Сиена.

Двадцатилетняя девушка, похожая на принцессу. Короткие светлые волосы чуть вились, касаясь лямок такого же светлого платья. Она выглядела невинной, слишком молодой для того, что ее ждало, но в то же время замкнутой и холодной.

— Синьора Скьяретта, – Кьяра поднялась по ступеням, протягивая руку Элене. – Очень приятно наконец познакомиться.